Она выглядела непривычно отчуждённой и злой.
— Что происходит?
Нина пожала плечами, не оборачиваясь.
— Начнём с того, что меня уволили с работы. — Тебя уволили из школы?
— Представь себе. Спасибо Лариске. Пришла и настучала.
— О чём?
С ответом Нина помедлила, чересчур придирчиво выбирала трусики, потом постаралась произнести как можно спокойнее:
— О «Тюльпане».
Пашка выругался сквозь зубы, и не замедлил обвинить её.
— Я же тебе говорил!
— Ага, — отозвалась Нина тускло.
— Весь город уже в курсе, — продолжал возмущаться бывший муж.
Снова зашуршал пакетами, Нина осторожно оглянулась на него через плечо, поняла, что он распаковывает Аришин ящичек с красками.
— Это уже не важно.
— Ты нашла новую работу?
— Нашла.
— Танцуешь?
— Можно и так сказать. Я переоденусь, — оповестила она его и направилась в ванную, сжимая в руках одежду. Заглянула на кухню, проверила Аришу, улыбнулась ей, надеясь дочку успокоить, и тогда уже закрыла за собой дверь ванной комнаты. Со злостью швырнула одежду на стиральную машину и потёрла лоб.
Ей нужна была пара минут, чтобы взять себя в руки.
— Думаю, нужно позвонить Зинаиде Тимофеевне, сказать ей, что сегодня с Ариной ты останешься. Или у тебя другие планы? — сказала она, вернувшись.
Павел замер у открытого холодильника, потом посмотрел удивленно.
— А у тебя?
— Я работаю, Паша.
— Вечером?
Она кивнула. И поторопила его с решением:
— Так что, останешься с ребёнком?
Он растерялся. На мгновение, но растерялся.
— Останусь, конечно.
— Замечательно.
Отведи её в парк, Ариша любит гулять вечером.
Павел скривился.
— Я знаю, Нина. Хватит делать из меня чужого человека.
— Это не я делаю.
Она ушла в комнату, а когда Пашка явился следом, напряглась. Он наблюдал за ней, пристально, и у него уже что-то было на уме.
— Так какую работу ты нашла?
— За которую хорошо платят.
— В смысле?
Она пожала плечами и промолчала. Сказать ей было нечего. Неожиданно сглотнула от нервозности, когда Пашка подошёл и взял её за плечо. Нужно было обернуться, посмотреть ему в глаза, он этого ждал, но Нина лишь плечом дёрнула.
— Ты ведь… — начал бывший муж, потом от невероятности своего предположения, усмехнулся. А Нина резко обернулась к нему и зло выдохнула:
— Мне нужно было кормить ребёнка. И не смей меня упрекать, понял? Мне плевать на это. Мне, вообще, на тебя плевать.
— Ты спятила?
— Это ты спятил. — Она оттолкнула его руку. Дыхание перевела, заметив, как Арина за своим столом съёжилась и перестала рисовать.
