Всё равно уже попалась.
— Что, Лена?
Костя накрыл ладонью руку Нины, удерживая на столе, а сам выглянул из-за её плеча, посмотрел на секретаршу.
— Костров из Москвы звонит.
— Скажи, я перезвоню через двадцать минут. У меня важный разговор.
Нина продолжала стоять на столе, сверлила Костю негодующим взглядом, а когда дверь за её спиной негромко хлопнула, закрываясь, выдохнула:
— Какой же ты гад.
Он приподнял её подбородок, наклонился к её губам и крепко поцеловал.
— У тебя самая красивая задница в этой стране.
Пусть позавидует.
Нина растерянно моргнула, когда он от неё отошёл. Снова обернулась через плечо, теперь уже на него.
— Ты куда?
— У меня важный звонок.
— А двадцать минут?
Он оглянулся на неё в дверях.
— Знаешь, я прямо слышу, как проценты звенят, капая на твой личный счёт. — Окинул её долгим взглядом, и попросил: — Сделай это.
Нина рассмеялась, сразу догадавшись, о чём он, и покрутила попой.
Шохин поправил галстук, сдавленно кашлянул и пообещал:
— Я вечером заеду.
Нина с тревогой посмотрела на часы, потом на открытую дверь кабинета Кости.
Слышала его голос, он говорил по телефону с Москвой, и, судя по тону, получал хорошие новости. В отличие от неё. Нина сидела на диване в его гостиной, поджав под себя ноги, и вздыхала в сторону, слушая мать. Та была возмущена до глубины души, и в то же время обеспокоена, по всей видимости, судьбой своей неразумной дочери. И время для этого выбрала неподходящее, десять часов вечера, Нина с Шохиным совсем недавно вернулись из ресторана, и была пара часов, которые можно было провести наедине, но, как на грех, посыпались звонки.
И если «чрезвычайно важный» звонок из Москвы Нина приняла, как должное, то звонок от матери был явно лишним. Не для этого вечера, а вообще. Потому что начала мама сходу, забыв поздороваться:
— Почему ты нам ничего не сказала?
Нина вытянулась на диване, одёрнула комбинацию, ту самую — подарок Шохина, которую надела этим вечером, чтобы сделать ему приятное, и не фигурально выражаясь. А услышав голос матери, почувствовала себя в ней голой и распутной.
Да ещё под градом неприятных личных вопросов.
— О чём именно?
— Нина, ты нас с папой не просто расстроила. Ты нас убила.
Нина нервно затеребила тонкую бретельку, лихорадочно размышляя о том, что родителям стало известно. Источник информации — Пашка, к гадалке не ходи. Угрозу исполнил, приехал в родной городок и принялся на неё жаловаться. И она совсем не удивится, если в итоге останется виноватой.
— Извини, мама.
