Когда он дернулся в ее хватке, часть ее спросила, какого черта она делает, а другая, сексуальная часть, ожила. Что вселило в нее панику. Она подавила чувства, используя метод вытеснения, отточенный годами медицинской практики… и продолжила держать руку там.
Она гладила его, чувствуя, как мягкая, тонкая кожа сдвигается по жесткому стволу. Его рот приоткрылся, тело заерзало на кровати, а его спина изогнулась дугой, от чего Джейн не могла отвести глаз. Черт… Он был чистым сексом, без примесей запретов и комплексов, одна сплошная надвигающаяся буря оргазма.
Действуя, она не сводила с него глаз. Его рука в перчатке была чертовски эротична, располагаясь рядом с тем местом, за которое Джейн сейчас держалась: он слегка касался пальцами основания члена и прикрывал рубцы шрама.
— Каков я на ощупь, Джейн? — хрипло спросил он. — Отличаюсь от других мужчин?
Да. Ты лучше.
— Нет. Ты такой же. — Ее взгляд остановился на его прикусивших нижнюю губу клыках. Похоже, они удлинились, и ей показалось, что процесс кормления и секс как-то связаны.
— Хотя, конечно, выглядишь ты по-другому.
Что-то промелькнуло у него на лице, какая-то тень, и рука скользнула дальше вниз, между ног. Сначала она подумала, что он хочет прикоснуться к себе, но потом поняла, что он прятался от ее глаз.
Боль на мгновение пронзила ее грудь, а потом он издал низкий горловой стон и откинул назад голову, иссиня-черные волосы разметались на черной подушке. Его бедра устремились вверх, мышцы живота напрягались и расслаблялись, отчего татуировка в паху то растягивалась, то возвращалась на место.
— Быстрее, Джейн. Сейчас давай быстрее.
Он откинул ногу в сторону, и его грудная клетка начала тяжело вздыматься. Капельки пота на его потрясающей, влажной коже, блестели в тусклом свете лампы. Он приближался к оргазму… и чем ближе он становился, тем отчетливей она понимала, что делает это потому, что ей так хотелось. Все ложь про медицинский интерес: он завораживал ее по другим причинам.
"
"Она продолжала ласкать его, сосредоточив движения на крупной головке его члена.
— Не останавливайся… Черт, — простонал он, его плечи и шея напряглись, соски стали твердыми и острыми.
Неожиданно, его глаза распахнулись и засияли как звезды.
Тогда он обнажил клыки, которые полностью удлинились, и с облегчением закричал. Он кончал, глядя на ее шею, и оргазм все продолжался и продолжался, ей даже показалось, что их было два. Или больше.
