Ее тело было влажным от возбуждения, и этот аромат стал лишь сильнее, когда он взял от нее то, что хотел, взял ее лоно своим членом, а ее кровь своим ртом.
— Кончи со мной, — сказал он охрипшим голосом, отпуская ее горло и позволяя ей вновь опереться на раковину. — Кончи… со… мной.
— О, Боже…"
"Ви плотнее вжался в ее бедра, и когда его накрыл оргазм, она достигла вершины вместе с ним, ее тело высасывало его плоть так же, как он забирал кровь из ее шеи. Такой обмен казался справедливым и удовлетворяющим, теперь она была — в нем, а он — в ней.
И это было правильно. Это было хорошо.
Моя.
Когда все закончилось, они застыли, тяжело дыша.
— С тобой все в порядке? — спросил он, судорожно глотая воздух и отлично понимая, что этот вопрос никогда прежде не слетал с его губ после секса.
Она не ответила, и он слегка отодвинулся от нее. На ее бледной коже он увидел оставленные им следы, красные отметины от его грубого обращения. Практически каждый, кого он когда-либо трахал, в конце концов, получал их, потому что ему нравилось делать это грубо, он нуждался в подобной жесткости.
И его никогда не беспокоило, что он оставлял на телах других.
Но сейчас эти отметины его беспокоили. И стали беспокоить еще сильнее, когда он вытер рот, размазав по руке ее кровь.
О, Господи… Он взял ее грубо. Это было слишком грубо.
— Джейн, мне так…
— Потрясающе. Она тряхнула головой, светлая шапка волос рассыпалась по щекам. — Это было… потрясающе.
— Ты уверена, что я не…
— Просто потрясающе.
Хотя я боюсь отпустить эту раковину, потому что просто рухну на пол.
Облегчение ударило в голову хмельным гулом.
— Я не хотел причинить тебе боль.
— Ты ошеломил меня… ну, в том смысле, что будь у меня лучшая подруга, я позвонила бы ей прямо сейчас, чтобы сказать: «О, Боже мой, у меня только что был секс всей моей жизни!».
— Хорошо. Это… хорошо.
Ему так не хотелось покидать ее лоно, особенно сейчас, когда она говорит подобные вещи. Но он отвел бедра назад, его плоть выскользнула из нее, чтобы дать ей передышку.
Со спины она выглядела восхитительно. Прекрасная, до боли в висках, невероятно съедобная. Его возбужденная плоть пульсировала в ритме сердца, пока он натягивал пижамные штаны, упаковывая себя во фланель.
Ви медленно выпрямил Джейн и посмотрел на ее отражение в зеркале: ее взгляд затуманился, рот был приоткрыт, а щеки пылали. След от укуса на шее был именно в том месте, где он и хотел: прямо там, где все смогут его увидеть.
