На мгновенье она замолчала. Затем сказала:
— Не в клубе. Пожалуйста, только не…
— Это было в ванной в задней части клуба. И это было хорошо. Опять же, она была профессионалкой.
Отлично, он вел себя как полный мудак.
— Фьюри… нет.
— Можно мне мою щетку обратно? Думаю, мои волосы уже в полном порядке.
— Фьюри…
— Щетку. Пожалуйста.
Через какое-то время, казалось, прошел целый век, она отдала ему то, что он просил. Когда он протянул руку и взял щетку, на какой-то момент, длиной во вздох, их соединяла деревянная ручка, потом она опустила руку.
— Ты заслуживаешь лучшего, — прошептала она. — Ты выше всего этого.
— Нет, не заслуживаю. — О Господи, ему хотелось сбежать от выражения горя на ее лице. — Не позволяй своей жалости делать из меня принца, Бэлла.
— Это саморазрушение. Все это.
— Едва ли. — Он подошел к бюро, взял косячок, затянулся. — Я хочу этого.
— Правда? Не потому ли ты весь день куришь красный дымок? Им уже пропах весь дом."
"— Я курю, потому что у меня зависимость. Я наркоман, у которого отсутствует сила воли, Бэлла, и который прошлой ночью трахал шлюху в общественном месте.
Ты должна меня осуждать, а не жалеть.
Она покачала головой.
— Не пытайся выставить себя передо мной полным уродом. Не получится. Ты достойный мужчина…
— Да ради Бога…
— …который пожертвовал многим ради своих братьев. И, наверное, слишком многим.
— Бэлла, прекрати.
— Мужчина, который пожертвовал ногой, чтобы спасти своего близнеца. Который храбро сражался за свою расу. Который отказывается от своего будущего ради счастья своего брата.
Невозможно совершить что-то еще более благородное.
Ее взгляд был твердым, как скала, когда она смотрела на него снизу вверх.
— Не говори мне, кто ты. Я вижу тебя лучше, чем ты видишь себя.
Он заходил по комнате, пока не оказался возле комода. Он надеялся, что на Другой Стороне не было зеркал. Он ненавидел свое отражение. И всегда ненавидел.
— Фьюри…
— Уходи, — сказал он хрипло. — Пожалуйста, просто уйди. — Когда она этого не сделала, он обернулся.
— Ради бога, не заставляй меня сломаться на твоих глазах. Мне нужна моя гордость прямо сейчас. Она единственная держит меня на ногах.
Она прижала ладонь к своим губам и быстро заморгала. Затем взяла себя в руки проговорила на древнем языке.
— Удачи тебе Фьюри, сын Эгони. Пусть твои ноги никогда не сходят с верной тропы, а ночь осторожно лежит на твоих плечах.
Он поклонился.
— Желаю тебе того же, Бэлла, возлюбленная налла моего кровного брата Зейдиста.
