— Это знак особого к нам расположения Пращура. Я понял это сразу же, стоило тебя увидеть. В первую нашу встречу почувствовал в тебе родственную душу. Смотрел на прекраснейшую принцессу Несмайра и понимал, что ты создана для меня. Только для меня, Керри! Ты — моя Пара, в этом у меня не возникло ни единого сомнения. Все давным-давно предопределено, предрешено Пращуром-Драконом еще до нашего рождения. Именно он свел нас вместе, чтобы мы уже никогда не расставались.
Но я все еще сомневалась…
Сомневалась в том, что происходящее мне не приснилось.
В том, что я нашла свою Пару среди тех, кого считала врагами. Среди Черных.
Тут Рион снова поцеловал меня так, что все до единого сомнения развеялись.
Вернее, почти все.
Затем мы все-таки решили немного поспать. Нет, не так — Рион заявил, что мне стоит отдохнуть, пока он будет охранять мой сон, чтобы никакой медведь или иное порождение Радужной Энтропии нас не потревожили. Но поклялся обязательно разбудить, как только придет мой черед караулить.
— Пару часов, — попросила я, устраиваясь поудобнее на его плече.
Кстати, раны принца почти зажили — я чувствовала их так же хорошо, словно они были моими. Не только разорванная рука, но и нога его больше не беспокоили, драконья регенерация протекала очень быстро.
— Спи, моя красавица! — отозвался он, и это обращение пришлось мне вполне по душе.
И я закрыла глаза, пообещав себе, что ненадолго — быть может, на час, не больше! Но почему-то провалилась в глубокий сон, в котором в синем небе Улайда резвились два дракона — Черный и Красный.
Драконица делала вид, что не принимает ухаживаний Черного, хотя в глубине души понимала, что… Куда уж она без него?
Во сне выходило, что уже никуда.
…Проснулась я, когда стало светать и в пещеру через разлом наверху проникал рассеянный солнечный свет. Оказалось, я лежу Риона на коленях, и он смотрит на меня сверху вниз.
Выглядел принц Улайда умиротворенным. Я бы даже сказала, что счастливым."
"И тут же услышала голос Луны — моя драконица радостно заявила, что она соскучилась по мне, Шторму и небу.
Но теперь наконец-таки все в порядке, и мы можем расправить крылья.
Ее энтузиазм разбудил Шторма, и я впервые услышала голос дракона Риона. А затем и его хозяина.
— Доброе утро, любовь моя! — заявил он.
Прежде, чем я успела проснуться окончательно, он снова поцеловал меня в губы, затем еще в щеку, взлохматил и так уже перепутавшуюся прическу, которую у меня вчера попросту не хватило сил переплести в косы.
