— В четверном, — с коварной улыбкой протянула администратор.
— Ладно, в четверном, — недовольно согласился Валентин.
Мне стало интересно, а знала ли женщина, что перед ней стоит родственник императора? Похоже, что нет. Скорее всего, он назвался чужим именем.
«Родственник умирающего императора», — запоздало поправила саму себя. За всеми переживаниями я слишком легко забывала о трагедии, что совсем скоро сотрясет империю.
Пока Валентин перечислял, благодаря банковскому артефакту, просто баснословную сумму денег, мы с Кларой стояли в тени, маскируясь под местный антураж и дожидаясь своей очереди.
Вскоре мужчины ушли в зал, так и не заметив нас, а администратора за стойкой сменила девушка помоложе.
Так и знала, что это была хозяйка!
Клара подошла к стойке, попросила столик для двоих, и уже через минуту другая девушка вела нас вглубь заведения.
— Извините, сегодня многолюдно. Один из залов закрыт на ремонт, но уже завтра его вновь откроют для посетителей, — оправдывалась официантка, провожая нас к столику у широкого окна с видом на фешенебельный ресторан в огнях.
— Подождите, а можно нам другое место? — остановилась я, поняв, кто будет сидеть поблизости.
Клара нахмурилась, тоже заметив четверку мужчин, каждый из которых держал меню, пока нас не замечая.
— К сожалению, нет, это последний свободный столик, — расстроила меня официантка.
— Не обращай внимания, идем, — махнула рукой Клара, все же решив не отказываться от вкусного ужина.
Глава 17
Притворство
«Хрустальный» — так назывался ресторан в центре Бурсбурга.
Названию соответствовало все, от фасада до убранства внутренних комнат. Окна, украшения, причудливые фигурки, расставленные на столах, люстры и нити с прозрачными переливающимися камушками под потолком — все было выполнено из хрусталя.
Когда внутри заведения горел свет, оно сверкало, как драгоценность. Самое дорогое и респектабельное место города. Кто-то любил его за вычурность обстановки, другие посещали из-за великолепной и разнообразной кухни, но подавляющая часть клиентов преклонялась перед тем и другим.
В отдельной комнатке с круглым столиком, ужинали двое — девушка в приталенном серебристом платье, слишком нарядном по сравнению с простыми брюками и рубашкой спутника, и мужчина.
— У вас прекрасный вкус. Здесь более ста видов вин, но вы все равно выбрали лучшее, — поигрывая красным напитком в бокале, произнесла Мелания.
Бенедикт Карр сделал глоток. Комплимент его ничуть не тронул.
