Остановился, огляделся и спустя мгновение направился за стол к леди Анелин Каррин, занимая пустующее место.
Как же я не сообразила?!
Внутри разлилось горькое чувство досады, ведь по другое плечо от ректора сидела не кто иная, как Мелания Тарт. Если вначале отбора я подумывала, что будет прекрасно, если эти двое — моя сокурсница и Бенедикт — отыщут друг друга, то после сцены в саду мое мнение кардинально переменилось."
"«Я ни за что не позволю тебе выиграть. Ты его не получишь. Кто угодно, главное не ты», — гипнотизируя красавицу всего курса, решила я.
Пусть я не всевластна и самонадеянна… Но ведь кто-то должен восстановить справедливость? Маленькая месть не ради себя, но для Софии. Откровенно говоря, это наименьшее, что я могла для нее сделать.
На лице Мелании промелькнула победная улыбка, незаметная — уголки губ едва приподнялись. Ректор, ни о чем не подозревая, разговаривал со своей родственницей, когда бокал с вином, «нечаянно» задетый рукой Тарт, стал падать на стол в его сторону.
Бокал бы опрокинулся, вино бы разлилось, а Тарт, извиняясь, кинулась его вытирать.
Идеальный сценарий. Банально, но действенно.
Однако бокал завис в воздухе, словно остановленный во времени, и спустя мгновение качнулся и встал на место.
— Будьте осторожны, — жестко бросил ректор, подхватывая сосуд и передавая его слуге. — Уберите, — приказал он и вновь повернулся к леди Анелин.
Мелания сидела ошарашенная, сконфуженно глядя на стол перед собой. Похоже, я была единственной, кто заметил ее маленький позор и предусмотрительность ректора.
Он будто догадался. Будто прочитал ее мысли.
Мелочь, но его готовность ко всему неизменно раз за разом поражала меня.
Глава 11
Три встречи
Остаток ужина я просидела с прямой как палка спиной, стараясь не смотреть на Бенедикта, и облегчённо выдохнула, только когда он поднялся из-за стола. Стоило ему скрыться, как девушки расслабились, разговоры стали громче и веселее. Я выждала несколько минут, без аппетита ковыряя вилкой салат, и удалилась в свою каюту.
По пути несколько раз оборачивалась — между лопатками зудело от чьего-то взгляда, но понять, кто за мной наблюдал, не удалось.
Когда стемнело, я вернулась на палубу. Мачта и паруса подсвечивались, разгоняя мрак, отчего звезды на небе едва виднелись. Облака, словно стая серых птиц, стремительно проносились мимо — за магическим барьером, окружавшим корабль, неистовствовал ветер.
Тихо ступая, я минула храпящего матроса, устроившегося на одной из бочек.
