Отдана чудовищу

— Никогда.

— И даже в юности с девушками на свиданиях?

— Нет. Мы с друзьями всё тусовались. А потом по клубам ходили. С девушками только в отель, — он осекся, перевел опасливый взгляд на меня.

— И я тоже на свиданиях не была. Только с Владом выбиралась. И то по делам. Продали товар и возвращались назад.

— Ну помнишь, тот кто за меня пытался заступится. Странно да? Мы женаты, а самое интересное — конфетно-букетный период, пропустили.

Глеб вышел из машины, с подозрением и недоверием смотрел на прогуливающиеся парочки.

— Я тебя научу, — с видом профи, сказала я. — Я в фильме видела. Возьми меня за ручку, — наши пальцы переплелись, сердце затрепыхалось сильнее.

Мы дошли до киоска с мороженым, где он купил по порции, а в другом киоске шарик с волком и привязал к моей руке.

— Как тебе мороженое? — спросил он.

— Обожаю клубничное, — я откусила и блаженно закатила глаза. Голова и правда перестала болеть.

— Дай попробую, — он нагнулся и поцеловал меня, отбирая не растаявший кусочек прямо изо рта. — Да, вкусно.

— Эй. Это было мое мороженое!

— Моя очередь! — Глеб зажал кусочек арбузного мороженого между зубами, потянувшись на носочках коснулась губами, наши языки сплелись, а по телу пробежал ток.

Стояли посреди парка и целовались. Мимо нас проходили люди, оборачивались, а мы не могли оторваться друг от друга.

— Так есть мороженое куда интереснее, — хрипло прошептал он. — Когда вернёмся домой, перемажу всю тебя и вылижу.

— Глеб! — стукнула его по плечу. Мои щеки вспыхнули, а внизу живота опять загорелось пламя.

С мелодичным смехом в нас врезался малыш. Такой маленький, мне по колено. Глеб нахмурился.

— Ой, простите, — извинилась догнавшая его мама.

— Глеб, а ты хочешь детей? — он проводил малыша взглядом, но после моего вопроса резко посмотрел на меня.

— Я думаю, сейчас не время.

— А как же твой отец? Это же был его приказ. Жениться и строгать ему внуков, как оловянных солдатиков, — передёрнула плечами. Мне и раньше это не нравилось, а сейчас это казалось кощунством.

— Не всегда стоит слушать отца.

— То есть, ты не поэтому так часто… занимаешься со мной этим?

— Сексом? — улыбаясь, переспросил он. До каких пор я буду краснеть до кончиков ушей от одного только слова?

— Занимаюсь, потому что хочу. Но ребенок сейчас совсем некстати, — я возмущённо открыла рот. Так это неприятно кольнуло, что он не хочет, хотя наша позиция совпала.

— Почему? Ты не хочешь вообще или со мной?

— Хочу только с тобой.