Отдана чудовищу

Будешь одной из подружек на свадьбе. А то их недобор.

Я сажусь в одну машину с Богданом и папой. Мы проезжаем мимо огромных пальм, ярко-бирюзового тихого океана, позолоченного рассветными солнечными лучами. Ветерок развивает волосы. Я с детским восторгом смотрю по сторонам. После серой картины душного города, такое буйство красок покоряет. Я уже знаю, что безнадежно влюблюсь в этот остров.

— Сейчас мы едем на виллу, — Богдан рассказывает о маршруте. — Там просто здорово! Однажды мы отдыхали всей семьёй и Сэм там был.

Через час мы заезжаем на территорию виллы. Большой дом с открытой террасой окружают пальмы и разноцветные благоухающие цветы.

— Обожаю орхидеи, — Лулу тормозит возле одной из клумб и наклонившись вдыхает дурманящий аромат.

— Прямо триггернуло. Да, моя Луна? — Дёма обнимает жену за талию и целует в шею. — Помнишь. Ты идёшь по дорожке украшенной орхидеями в свадебном платье… — у них мечтательные лица.

— Малыш Сэмми просто спер нашу идею, — говорит Лулу, ехидно улыбаясь.

— Враньё! У нас будет круче! Да, Кудряшка? — целует жених Бьюлу.

Мы заходим внутрь. Я иду следом за Богданом и врезаюсь в его спину, когда он резко тормозит.

— Что? — смотрю туда, куда и он и замечаю обворожительную девушку в светлом сарафане.

— Сестрёнка! — Дёма обнимает девушку, отстраняется с неохотой, давая дорогу Лулу.

— Как здорово, что ты уже здесь, — говорит Лулу, сжимая знойную красотку в объятьях.

— Пойдем, Олеся. Я выберу тебе спальню, — Богдан тащит меня за руку, я едва поспеваю за ним.

— Что? Даже не поздороваешься? — она переводит ревностный взгляд на меня. Скрещивает руки на груди. — Как был невоспитанным подонком, так и остался.

— Ах, да, — наигранно говорит Богдан. — Привет, Андреа. Ты изменилась. Как то резко постарела?

— Ах ты!.. — девушка не успевает сказать, потому что он утаскивает меня на верх. Я только и успеваю помахать девушке рукой и пискнуть «привет». Как глупо получилось! Меня втянули в какие-то игры.

— Сэм! — кричит Андреа. — У нас остался мескаль?

— Твою мать! Подонок! Я, блять, подонок! — возмущается Богдан с ноги открывая дверь, напрочь забыв о моем существовании. — Алкоголичка. Ещё не рассвело, а она уже пьет!

— А по-моему, она тебя любит, — он резко разворачивается и зачёсывает белокурые пряди назад. Его глаза полны безумия. Я впервые вижу его таким неуравновешенным. Неужели и я буду такой?

— Нет, Олеся.