Отдать половину души (СИ)

На это время Итана попросили перейти с малышом в специальную палату, где прибывший педиатр провел все необходимые замеры и взял кровь на анализ. Под присмотром Итана, даже при его непосредственной помощи, осмотрел кокон и колыбель, ее остатки. Итан помог распределить витки сил родителей и родившейся силы ребенка. Педиатр записал все витки потока, как он течет и куда, в какую сторону идет главный виток. После всех необходимых манипуляций он удалился, посоветовав если что, нажимать на вызов, не стесняться.

И вот Итан остался с ребенком на руках. Опять один, с младенцем. Он, как и тогда, когда впервые взял на руки Аравеля, поднес ближе к лицу сына, осмотрел его личико, еще красненькое, приплюснутый носик, закрытые глазки. Он запоминал его, нюхал его неповторимый аромат, накрывал родительским щитом, его первой частью, той самой которой накрывает отец. И на этот раз ему не пришлось отрезать от себя кусок на место, куда должна встать сила Руана. На этот раз ребенок будет полноценен во всем.

Да, этот малыш будет куда счастливее, ведь его будет учить кумар с первого дня, а не только тогда, когда законом было признано, что никто другой не в силе сравниться с ним и котенок никого не примет.

Прижав к себе младенца, еще не имеющего имени, Итан осознал, что он полон. Стая полна. Его мир, что был разбит на осколки, наконец-то исцелен. Аравель, Тайнар, Руан и наконец-то его сын, кровь от крови. Нет, Аравеля он не перестанет любить, не поставит малыша на его место, это просто невозможно.

У них с Аравелем свой кусок жизни, где они оба держали друг друга. И Аравеля никто и никогда не заменит. Ниша его старшего сына полна, одухотворена и навсегда останется сияющим солнцем. А вот этот комочек плоти заполнил другую нишу, другую часть его сердца, что дремала до сих пор - он настоящий отец, отец и по силам, и по крови. Этот кусок его "Я", дремавший до сих пор, подняв голову, оттяпал себе место и сейчас растет, с каждым вдохом маленького сынишки.

Заулыбавшись, прохаживаясь по комнате и баюкая маленького, Итан нежно мурлыкал ему первую колыбельную.

Он старался не думать, как там Руан, когда его вернут ему, отдадут под полную защиту. Он просто дарил сыну знание - ты не один, ты в безопасности.

Такого задумчивого и мурлыкающего, баюкавшего на руках сынишку, застал ведущий операцию доктор. Он вошел тихо, но его ощутили еще на подходе и не посчитали нужным обрывать пение, умиротворяющее, дарующее спокойствие.