Я должно дать очень по глупому улыбаюсь, но ускоряю шаг и быстро прошмыгиваю мимо Дамира.
Когда мужчина открывает мне дверь машины, я почти не удивляюсь. И после… когда мы подъезжаем к какому-то бизнес центру, каждую открытую перед моим носом дверь я уже начинаю воспринимать как должное, прогоняя от себя мысли о том, что люди так быстро не меняются.
Я расслабляюсь. И зря. Потому что юрист встречает нас с хмурым видом и оглашающей фразой:
— Я ознакомилась с данными. И могу сказать, что будет очень тяжело, что-либо сделать.
Глава 31
Когда юрист договаривает, жизнь проносится перед глазами. Оказывается, чтобы забрать из органов опеки свою сестру, мне нужно либо тащить туда мать, но это уже поздно, да и вряд ли я смогу это сделать, учитывая ее нынешнее состояние. Либо…
— Хорошая оплачиваемая работа, жилплощадь, можно даже съемную, но главное с условиями всеми. Также вам придется пройти школу приемных родителей, медицинское обследование и… вы случайно не собираетесь замуж?
— Нет, а что? Одинокой мне могут не отдать сестру?
— Могут.
Все, что угодно могут. Особенно, если ее уже кто-то присмотрел.
От этого предположения юриста у меня внутри все холодеет. Это же ее еще и в другую семью забрать могут? И мне потом никто не скажет, в какую именно.
— И что же делать? Не стану ведь я мужа искать в кратчайшие сроки?
Это хорошо еще, что Дамир остался за дверью и не слушает всего того, что мне тут говорит юрист. Я не настаивала, конечно, чтобы он не присутствовал, он так сам решил. Сказал, что это семейные дела и его не касаются.
— Пока что я рекомендую вам сосредоточиться на поиске постоянного места работы и создания комфортных условий для жизни Аксиньи.
— И сколько у меня есть времени?
— Немного. Не затягивайте. Я подам в органы опеки заявление о том, что вы хотите забрать Аксинью, но все равно процесс не быстрый. Вначале вашу мать лишат родительских прав, затем вы сможете забрать сестру к себе."
"Герман Юрьевич рассказывает мне еще о многом, и я все тщательно слушаю и делаю заметки, потому что кажется, стоит только выйти из кабинета, как я обо всем забуду.
Впрочем, о чем забывать? Он сказал мне ровно то, что я и так знала. Я готовилась. Снимать квартиру, устраиваться на еще одну работу и, возможно, бросать институт, чтобы поднять сестру. Кроме меня у нее никого нет.
— Спасибо вам большое, — говорю на прощание. — Оплату за консультацию вам в руки или девушке в приемной?
— Все уже оплачено, — с улыбкой сообщает Герман Юрьевич.
