Сто килограммов хорошо разработанных мышц, пригодных, чтобы бегать, прыгать, стрелять из всех видов оружия, которое в принципе стрелять может, и из некоторых видов оружия, которое в принципе стрелять не может. Ну, и в голове сто граммов инструкций на разные случаи жизни.
Следует ли пускать президента — нет, они говорят исключительно «первое лицо» и никогда «президент»! — в сортир, если ему туда срочно понадобилось, а сортир не был должным образом оборудован системами безопасности? Следует ли направиться за «первым лицом» в сортир, если оно все же настаивает на его посещении, несмотря на отсутствие там систем безопасности?
И так далее.
— Полковник Уолш на два месяца, пока будет готовиться визит, — продолжал управляющий, — получает все мои полномочия. Все вопросы, связанные с проживанием и размещением первого лица, сопровождающих его лиц, мы будем решать непосредственно с ним. Как всем вам известно, наш отель с сегодняшнего дня закрыт для обычных гостей, и все наши силы будут всецело отданы подготовке к визиту.
С завтрашнего дня наши американские коллеги заменят детекторы и «рамки» на всех входах и выходах из отеля.
Тут управляющий вдруг слегка улыбнулся, как будто извинялся перед своей командой. Все же он был ирландец, кельт, и, наверное, его, как и остальных, слегка забавляла серьезность, с которой к делу подходили американцы.
Ну, Моисей-то ведь точно не приедет, прав швейцар Пейсахович!
— Таков порядок, — заключил управляющий. — Всем службам запрещается проносить в отель колющие, режущие предметы, оружие, газовые баллоны, легковоспламеняющиеся аэрозольные вещества любого типа.
— Так у нас все вещества аэрозольного типа, — взволновалась служба уборки. — Куда ж мы без них? Мы и стекла, и мебель, и паркеты только аэрозолями чистим! Да у нас ничего другого и нет!
— Мы проверим аэрозоли и вернем их вам в том случае, если они безопасны, — провозгласил полковник Уолш и улыбнулся американской улыбкой во все свои сто шестьдесят восемь зубов. Щеки резиново натянулись.
Вообще, казалось, что при чрезвычайной полковничьей упругости кожа натянута на нем слишком сильно, как будто он сделан из высококачественного каучука.
— Девочки, вы не должны беспокоиться, — по-русски сказала из-за колонны Лидочка. — Это же совершенно естественно! Если вам нечем будет мыть полы, полковник Уолш возьмет их помывку на себя. Верно?
Последнее слово она выдала по-английски, обращаясь к полковнику и улыбаясь самой-самой из своих улыбок.
