Открывашка и пробой

Катана со свистом рассекла воздух, и обезглавленное тело, выпустив шеей фонтанчик крови, рухнуло на землю. Для своих семидесяти двух лет барон имеет очень крепкую руку и всегда рад возможности проверить остроту фамильного меча.

Будучи японцем, барон Икеда понимал толк в красоте, поэтому получил легкое эстетическое удовольствие от блестящих на солнце красных капель на арбузных листьях. Хоть на что-то этот почему-то называвший себя человеком мусор сгодился — ничего более красивого за свою никчемную жизнь поставленный следить за делами на ферме абориген по имени Нарит все равно не сделал.

Не удостоив испуганно рухнувших лбами в рыхлую землю, не смеющих даже молить о пощаде рабочих взглядом, барон вернулся в свой обитый золотом и инкрустированный драгоценными камнями паланкин, и четверо рабов-корейцев подняли его над землей.

— Желаете осмотреть приготовленную мерзкими лжецами подделку, Икеда-сама? — склонился в поклоне личный помощник барона.

Молодой Казуя лучше многих понимал раздражение начальника: в последнее время дела у рода Икеда идут не очень: уважаемые люди, имеющие доступ к священной фигуре Императора, а главное — к премьер-министру, продолжают принимать достойные подарки, улыбаются при встрече, но на последнем приеме в Киото барона усадили на тридцать два с половиной сантиметра дальше от Императора, чем обычно.

Это все младшая дочь барона — вместо того, чтобы быть достойной молодой японкой, посвящая все свободное время изучению поэзии, танцев и икебаны, она додумалась подкупить стражника из охраны поместья (этот недостойный уже повешен, потому что недостоин права на честную смерть через сепукку) и сбежать в город на целых полтора часа! Ее поймали и наказали должным образом, но слишком многие завистники узнали об этом, и честь славного рода Икеда получила непоправимый урон. «Что это за Икеда, если не может уследить за своей дочерью?» — треплются за сакэ проклятые завистники. И ладно бы трепались, но они ведь стопроцентно плетут интриги с целью отобрать у рода Икеда по праву завоеванные войсками барона колонии! Кусок очень лакомый — четверть провинции Камбоджа. Отборные сельхозугодья, чья продукция славится по всей Великой Японии. Ничего удивительного в том, что барон решил проинспектировать поля — это полезно для поддержания дисциплины рабов и дарит старому Икеде душевный покой. Дарило до момента, когда они прибыли сюда и услышали поразительно нелепую ложь об ограблении и ведущих в никуда следах.