Открывашка и пробой

— Что ж, сначала проверим, — решил ученый, и вертолеты увезли ксеножизнь в неизвестном мне направлении.

Караван курсировал до самого утра. Усталого меня и индифферентную ко всему Гришу довезли до дома, мы сходили в баню — кто-то с собаками моется, почему мне нельзя с питомцем-жуком? — я отчитался проснувшимся Лехе и Марине: «все ок», и мы легли спать. До самого пробуждения мне снилась резня на поляне. По идее после такого я должен начать бояться, и, как вариант, ненавидеть Гришу, но испытывал я лишь легкую досаду: так все замечательно шло, а теперь доверие подорвано.

С другой стороны, никаких долгоиграющих последствий не будет: самооборона она самооборона и есть. Да даже не «само», стой она на линии огня одна, она бы спокойно «впитала» пули, и воспользовавшись перезарядкой напомнила бы, что у нас типа мир, и такое поведение неприемлемо. Но на линии огня оказался очень ценный я, и жук-дипломат ликвидировал угрозу в полном соответствии с приказом «матери». Сергею и Тимофею я об этом рассказал, командира и спецназовцев они пообещали заменить на более хладнокровных, но людей уже не вернешь. Да к черту, это даже не моя планета, так чего переживать.

Жукам в этом плане хорошо: они единый организм, где каждый занимается своим делом. Никаких личных проблем, никаких обид, никакого желания мести. У того солдатика, который не выдержал, тоже много родных и друзей жуки съели. Батя рассказывал, как во время Второй мировой войны красноармейцам пришлось в какой-то момент объяснять, что не все немцы — фашисты, и местью делу не поможешь.

Тут что-то подобное: времена меняются, и народу придется привыкать жить по-новому.

Одев Гришу в новенький, джинсовый сарафанчик и завязав ее волосы в «конский хвост», я оделся сам, и мы вышли из комнаты. Лёха уже был дома, поэтому немедленно выбежал на кухню с попугаем на плече:

— Мамка за хлебом ушла, — поделился он инфой. — Хорошо, что мы на учения не пошли — там вчера, прикинь, снаряд сам по себе рванул, пятерых солдат убило. Опасная штука, эти учения!

Ага, учения всё спишут.

— Ничего себе, — вяло изобразил я удивление. — Жалко.

— Жалко, — вздохнул добрый маленький оборотень.

Пока мы чистили зубы — жуку-дипломату не надо, но мне на это смотреть прикольно, так что пускай щеточкой елозит — друг поделился более важной новостью:

— Данилов еще умер, который президент — по телевизору сказали. Перед выборами, прикинь? На вертолете разбился, а у него шансов на еще один срок больше всех было. Теперь другой президент будет, — хохотнул.