Открывашка и пробой

Даже такой, где человечество проиграло жукам.

— А если это твой мир и есть? — спросил он.

— Статуя валяется давно, — похлопал я по металлу. — Здания поросли зеленью, — указал на город. — За полтора месяца не успели бы.

— А может в нашем мире время по-другому идет? — не отстал он.

— Может, — не стал я спорить. — А может и Верховных у жуков по одной на каждую параллельную вселенную. Может жуки здесь вообще не при чем — просто в этом мире случился глобальный катаклизм, и все вымерли без всяких войн. А может они давно объединились, построили космический флот и улетели туда, где лучше.

— Ладно, хватит, — заметив мое раздражение, махнул рукой Тимофей.

— Ученых пытай — их у вас много, — буркнул я. — Меня вон целый коллектив научный месяц изучал.

— Любая структура обязана оправдывать получение финансирования, — пожал плечами КГБшник. — Уверен, против лично тебя они ничего не имели.

— Ага, — легко согласился я.

Объект научного изучения, не более. Так-то очень на жуков похоже — тоже ноль эмпатии и эмоций, только цель.

— Причаливаем, — ожила рация Тимофея. — Прием.

— Видим. Прием, — отозвался он.

Вояки покинули плот, втащили его на берег, сгруппировались и прошлись вдоль залива, заглядывая в проходы между постройками и не забывая докладывать:

— Чисто. Пусто. Никого нет. Тишина. Магазин техники, телевизоры какие-то странные, плоские. Газеты. На это ничего не разобрать. Во, эта более-менее. Цитирую: «Южные штаты пали, но мобилизационный резерв инсектоидов не бесконечен. Канзас держится, Колорадо высылает на помощь новые силы».

Дата — 7 апреля 1999 года. Пошумим — вдруг кто вылезет?

— Добро, — отозвался Тимофей.

Воздух прорезала автоматная очередь. Пара минут тишины.

— Ничего, — ожила рация. — Углубимся, пару кварталов осмотрим.

— Добро, — подтвердил КГБшник.

— Точно не мой мир, — не без облегчения вздохнул я. — У нас в какой-то момент мода пошла на «мультивселенные» — параллельные миры. У меня друг книг много читал, все уши мне про это прожужжал. А мне не нравилось никогда, тенденция-то грустная: как будто человечество в нашем мире разочаровалось и начало придумывать другие, поинтереснее, — нервно хохотнул.

 — Вот друг мой на моем месте бы развернулся и начал вынашивать планы по захвату мира. А я никогда ничего такого и не хотел — я же, блин, скучный, мне в моем мире нравилось, план на жизнь был — университет закончить и ехать учителем работать, в деревню. Через лет десять стал бы завучем, потом — директором.