Отпусти - это всего лишь слово (СИ)

 

А затем его ладони сошлись у меня под грудью и Вольх безобидно так прижался сзади, сообщив, что вот примерно таким образом и происходит езда на мотоцикле. Пять минут чистейшего возбуждения.

- Вот подожди до весны Никит. Снежок стает - будет тебе драйву по настоящему. До неба не разгонюсь, но дух захватит, уж поверь. 

- Неужели откажешь, Ник? - Вольх склонил голову на бок. На волосах бандана, из под неё выглядывают проволочные пряди, коричневые брови, глаза привычно суженые, чуть раскосые, похожие на миндаль неправильной формы, такая форма глаз бывает у жителей славного Алтайского края, вот только на Алтае Вольх в жизни не был, но кто ж знает откель принесло его родителей.

И светлый, светлый цвет. Голубая сталь, отливающий пеплом лёд, и подтаивающие внутри маленькие вкрапления тоски и нежности. 

Под курткой фланелевая рубаха и расстёгнутая на груди голубая джинсовка 

Не знаю почему я всегда фиксируюсь на каких - то несуществующих деталях, может быть они отвлекают меня от мыслей.

Краешек белой футболки, контрастирующий с загаром, выбившаяся цепочка.

- Мне переодеться надо...куртка

Я кивнул, пытаясь разом сказать, всё и одновременно не зная как сказать. 

- Побудь в моей. - Вольх говорил. А руки уже двигались, коснулись щеки невесомо, не прикасаясь, просто обвели по ауре, двинул, просовывая мои безвольные руки в рукава, застёгивая, чуть торопливо, словно боясь, что передумаю, очнусь, опомнюсь, очухаюсь.

- Может у меня хоть твой запах останется.

Раз ничего другого не остаётся. - кривая ухмылка. Шлем на голову. Лёгкий шлепок. 

- Это правда, что ты уезжаешь, в Англию? - рука замедлилась дрожит. Вопрос заданный просто так, уже вскользь, как констатация факта, что вот и всё, вот и всё мы с тобой Вольх, разлетимся навсегда как птицы. Может и правильно оно, что разлетимся.

Откуда он узнал? Даже не вопрос, кажется так, полувопрос, я ведь уже ехал с ним, уже стоял готовый принять руку, сесть за его спиной, и пусть будет под триста.

Когда хочешь долететь до луны, иначе нельзя. Сжимая зубы, врезать дорогу на полной скорости, потому что только тогда станет легче. 

Я кивнул. Не имело смысла спрашивать, откуда он узнал. Вероника могла проболтаться, а может быть Саня сказал сам. 

Я просто кивнул, выдавил растерянное Да. И даже не понял, что стало с Вольхом. 

Словно глаза оплавились, почернели, в них появилась сталь, злость, решимость, одержимость, безумие, сухой песок.