Отпусти - это всего лишь слово (СИ)

Ломать меня в очередной раз было труднее. Но оказалось, что это тоже возможно. Сломать. Если раньше я мог убежать от реальности, закрывшись тем, что он меня обдолбал и я невменяемым, сейчас я находился в полном сознании.

   Я очень боялся. Я ещё никогда в жизни так не боялся как в эту ночь, после его слов. 

Вольх бережно обтёр следы страсти, кляп изо рта так и не вытащив. Очевидно понимая, что ничего приятного для себя не услышит. Потом принёс простынь, подкладывая под мою задницу, которая благополучно оказалась в самом влажном эпицентре, укрыл одеялом и лёг рядом, обнимая связанного по рукам и ногам, целуя в висок.

 

-Ничего Никитос. Знаешь, как говориться. Стерпится - слюбится. Не хотел по хорошему, значит будет вот так. 

Он стёр пальцами слёзы.

   - А хочешь плачь. Тебе следовало убить меня, когда у тебя была возможность. А теперь всё будет так, как я сказал. 

Скорчившись рыдал, позволяя себя гладить и обнимать, и успокаивать, хотя больше всего на свете мечтал оказаться за километр от этих рук.

- Ник, хватит, хватит малыш, - шептал он нежно, а меня тошнило, мутило, выворачивало от этой нежности. - Не мучай себя, маленький. Пожалуйста, малыш. Не мучай себя. Меня не мучай. Никит. 

Но я мог только давиться рыданиями, позволяя себя укачивать как ребёнка, и остро ненавидя в этот момент само понятие его существования. В конце концов Вольх влил в меня ядреную смесь пустырника и в какой - то момент давясь слезами я уснул.

Не знаю, может бог счёл что даже я не стою такой участи, которую мне готовили, и решил меня спасти? По другому я это просто не могу назвать.

Мой мобильный звонил из под дивана, а Вольха не было дома. И сейчас всё что мне следовало сделать это достать его. Это было очень сложно. Я в кровь разодрал себе руки, вытянул связки из сустава, сорвал повязку с наложенными на вены швами пытаясь пропихнуть запястье под узкое днище и найти вожделенную трубу. 

Вы когда нибудь читали книгу Стивена Кинга про женщину которая занималась сексом с любовником в загородном доме, и он её приковал наручниками, а потом у него случился сердечный приступ.

Стивен Кинг мастерский автор, сумевший с психологической точностью, передать всё то, что испытала несчастная, пока смогла освободиться, вырезав собственную кожу, осколком стекла из под разбитого стакана, для того, что бы выскользнув из наручников суметь освободиться. 

Мне было не выскользнуть из наручника, но я смог достать телефон. Когда я его вытащил, всё вокруг было уделано кровью.