Ты же знаешь, что до тебя никого не было. А после тебя мне было не до кого, – я печально усмехнулась, – А потом появился Костя. Мы встретились в тот самый день, когда Мила рассказала мне всю правду о твоей болезни. Мне хотелось поехать и удушить тебя своими руками. Мне было обидно, что Мила рассказывает мне, то, что должен был сделать ты. Она, посторонний человек, знала то, что ты скрыл от жены. Только я решила все отпустить, устроилась на работу к Косте, закрутила с ним роман и решила жить. Всем назло.
– Мне назло, ты хотела сказать? – Макс улыбнулся с ноткой грусти, – Выходит я толкнул тебя в его объятия.
– Не надейся. У нас с Костей была своя история.
– Но началась она еще при мне.
– Нет. Не передергивай. Я ему нравилась, только и всего.
– Он тебе тоже. Это было видно невооруженным взглядом.
– Неправда, – настаивала я на своем, – Может, я и считала его симпатичным, но не рассматривала, как любовника.
– Вы женщины никогда не признаетесь в таких вещах, – усмехнулся Макс, —Какие у вас тут есть достопримечательности?
– Никаких.
Сегодня жарко. Можно поехать на речку. Тут недалеко. Соня очень любит плавать.
– Ты назвала ее в честь мамы?
– Да.
– Она чудесная. У нее твои глаза.
– Соня похожа на отца."
"– Но глаза твои. И характер, – Макс рассмеялся, – Ты бы видела, какой допрос она мне устроила, когда я зашел.
– Это она может, – согласилась я, – Не могу поверить, что ей уже скоро три года будет. Время так летит.
– Это точно, – вздохнул Макс, – Пойдем во двор. Дейзи, наверно, уже без сил.
Но Макс ошибся. Дейзи была полна сил. Они с Соней самозабвенно играли в куклы, умудряясь находить общий язык. Притом, что Дейзи не знала ни одного русского слова. Оставив Макса с веселой компанией, я решила сбегать домой, чтобы переодеться в купальник и пляжное розовое платье и взять комплект одежды и надувной круг для Сони.
Когда мы втроем уже ехали в машине на речку, я вдруг поняла одну простую вещь. Точнее мне стала ясна причина, почему я не выгнала Эванса, когда у меня был шанс. За столько месяцев вдали от дома, от мужа, от знакомых и привычной жизни, я была рада любой компании.
Мне просто было необходимо человеческое общество, даже если это Макс Эванс. Да и в свете последних событий его преступления немного размылись, время, как вода сточило углы. Во мне больше не было ненависти. Было бы свинством выставить его вон, после того, как Макс по звонку тут же прилетел ко мне на помощь. Я не могу доверять его словам об искуплении грехов и муках совести.
