Почему ты так называешь это состояние?
– Когда все начинается, окружающим мир сужается до круглого зеркала, в которое я смотрю и вижу в отражении не себя, а Эмили. Мы смотрим друг другу в глаза, потом мир сужается до ее зрачков, и я проваливаюсь туда….
– Фантастика, – выдыхает она, – И что там?"
"– Много всего. Но это такой размытый нечеткий мир. Я помню только голоса, обрывки разговоров и Эмили. Она всегда там со мной. Мы говорим всего пару минут, а потом я прихожу в себя и оказывается, что прошло почти три года.
– Ты думаешь, что попадаешь туда, где все мы окажемся после смерти? – шепчет Энжи, заглядывая мне в глаза с любопытством ребенка.
Я ожидал чего угодно, но не этого…..
– Не знаю, малышка, по мне так я просто сумасшедший, – пожимаю плечами, поглаживая ее потеплевшие пальцы.
– Не говори так, – Энжи переплетает свои пальцы с моими, мягко сжимая. Мы замолкаем и в тишине слышно только наше сбивчивое дыхание и бешенный стук сердец. Потом я снова вижу слезы на ее щеках, мое сердце пронзает боль, от которой на мгновение темнеет в глазах.
Ничего нового. Я привык. Пальцами другой руки Энжи прикасается к моему лицу. Этот момент может изменить все и привести к тому финалу, который мне необходим. Но я не могу. Это просто нечестно. Она наклоняется к моим губам, но я отстраняюсь, истекая кровью. Я отрезаю себя от нее. Без наркоза. По живому.
– Я не буду твоим утешением, – напряженно произношу я, пытаясь скрыть клокочущее в душе отчаянье и безумную жажду в ней.
– Что? – Энжи растерянно хлопает ресницами, глядя на меня.
Серебро в ее глазах плавится. Губы влажно блестят. Она хочет меня – это несомненно. С первой нашей встречи после долго расставания, я чувствовал между нами снопы искр и сексуальное напряжение.
– Ты должна решить, чего ты хочешь, Энжи, – строго говорю я, когда она снова тянется ко мне. Беру ее за плечи, – Ничего не изменилось для меня. Я сказал это два дня назад. И повторю снова. Ты замужем, а я парень с психическим заболеванием и генетическими отклонениями.
– А как же: мы можем это сделать, и никто не узнает? – она кривит губы, пряча за иронией уязвленное самолюбие.
– Я просто дразнился, Энжи. Ты бы смогла потом сделать вид, что ничего не было?
– Я уже не девочка, как ты правильно заметил не так давно. И не ханжа. Я понимаю, что иногда секс – это просто секс. Но уговаривать никого не собираюсь, – она выпрямилась, а я продолжал сидеть на полу, потрясенный ее словами. Меня охватил ужас.
– И как давно ты это поняла? – хрипло спросил я.
