Отрок. Внук сотника

Лекарок этому с детства учат, и она так с каждым больным или раненым разговаривает, не только с вами.

– Ладно, сами потом убедитесь. Сейчас давайте на ночь устраивайтесь. Роська, обойдешь всех, посмотришь, как устроились, потом мне доложишь. Я у деда буду.

Мишка, сопровождаемый Чифом, быстро зашагал к фургону. Как он и предполагал, все женщины собрались там. Как только Мишка сунулся под полог, разговор прервался и все головы повернулись к нему.

– Тетя Настена, неприятность у нас.

Юлька парней моих подпортила, может плохо кончиться.

– Что? Как это подпортила?

Вопрос прозвучал строго, даже грозно, но было понятно, что строгость эта адресована не Мишке. Юлька тоже сразу все поняла и попыталась «отыграть» тему:

– Минька, ты чего болтаешь, за кашу, что ли, обиделся?

Дело, однако, казалось Мишке очень серьезным, поэтому он, не глядя на Юльку, по-прежнему обращался только к Настене:

– Ты же знаешь, как она голосом завораживать умеет, а ребята все – сироты, ласковое слово и не помнят, когда в последний раз слышали.

Мотька с Роськой уже волками друг на друга глядят, а постепенно и другие выздоравливать начнут. Обучим их оружием пользоваться, а они друг в друге дырок наделают.

Бзынь! Подзатыльник, исполненный опытной лекарской рукой, мгновенно вышиб из Юлькиных глаз слезы.

– Мама! Я же как лучше хотела, они даже боли не чувствовали!

– Все силу свою пробуешь? Я тебе что говорила?

– Тетка Настена, она же не знала, что они…

– Должна была понять, на то и лекарка.

Если слишком легко ей поддались, значит, что-то не так. А она решила, что это она такая сильная да умелая!

Мишка уже открыл рот, чтобы вступиться за Юльку, но его опередила мать:

– Настя, будет тебе, мозги выбьешь!

– Было б что выбивать…

– Тетка Настена, можно сказать?

– Если уж это… не знаю, как назвать, появилось, то убить это уже нельзя, надо, наверно, попробовать чем-то заменить.

Ну, вот мама у них у всех крестная, так, может быть, можно это на нее перевести как-нибудь? И еще: они ни семейной жизни, ни родства не помнят или не знали этого вообще. А неприкосновенность родни им как-то внушить тоже нужно…

– Поняла я тебя, поняла! Слышишь, лахудра? – Настена сердито глянула на дочь.