Оттенки страсти

В свои двадцать восемь он снискал репутацию, вполне сопоставимую с той, которую имели денди эпохи короля Георга. Надо было видеть ужас на лицах почтенных мамаш и до смерти перепуганных дебютанток, впрочем, невероятно заинтригованных и одновременно польщенных оказанной им честью, когда Пауэр приглашал одну из юных особ на танец. Однако, как это нередко бывает в нашем мире, его репутация была значительно хуже, чем он сам. Ведь люди всегда склонны судить о других по тому, что видят, а не по тому, что есть на самом деле.

А уж кто-кто, а Пауэр своими бесконечными похождениями и невероятным количеством скандальных историй, в которых фигурировало его имя, скорее всего, изрядно преувеличенных, давал достаточно пищи для постоянных пересудов и сплетен во всех светских гостиных.

Что из того, что в действительности это был довольно заурядный молодой человек, отчаянно стремящийся прослыть «ужасным»? Дурная слава – тоже слава, и вот уже многие женщины просто сгорали от нетерпения познакомиться с этим «храбрым разбойником» поближе, и Мона не была исключением.

Более того, когда на одном из приемов их наконец-то познакомили, и он тут же пригласил ее на ужин, она, движимая исключительно любопытством, приняла приглашение без лишних раздумий.

Раймонд заехал за ней ровно в восемь вечера. Мона в ярко-оранжевом из креп-жоржета платье с букетом розовато-лиловых орхидей, приколотых у самого плеча, была уже готова к выходу.

– Потрясающе выглядите! – коротко восхитился ее кавалер.

Но Мона, ожидавшая, что на нее сейчас обрушится целый водопад восторгов или, во всяком случае, будет сказано нечто очень тонкое, изящное и остроумное, была разочарована и лишь вежливо улыбнулась в ответ. Знаменитый повеса на поверку оказался обычным мальчишкой, облекшим свое восхищение в заурядный комплимент школьника. Однако репутация соблазнителя бесчисленных красавиц, чьими судьбами этот мальчишка, по слухам, вертит как ему заблагорассудится, перевесила первое разочарование.

– Ах, какая жалость, – вздохнула она вполне искренне, перехватив холодный взгляд и короткий кивок головы, увенчанной роскошной тиарой, которыми ответила одна из дам на изысканно вежливый поклон Раймонда, – что вы не можете совершать свои непотребства с большей осторожностью. Вам недостает осмотрительности, по-моему.

– А где, по-вашему, проходит граница между осмотрительностью и откровенной ложью? – поинтересовался он.

– Осмотрительность – это камуфляж.