Память любви

 — Пока я не узнаю ее лучше, не хочу, чтобы ее живот набух отпрыском Рашида. Ее поразительная красота пленила моего мужа. Что, если она использует свою власть над ним в собственных целях, станет такой, как эти две? Не хотелось бы, чтобы это повторялось.

— Да, даю каждое утро, и поскольку она не говорит на нашем языке, не узнает о зелье. Я исполняю каждое твое повеление относительно этой женщины.

— Мне она нравится, — улыбнулась Алия. — Думаю, что вижу ее насквозь. В ней совсем нет зла. Хотя она жаждет вернуться на родину, к мужу, Рашид скоро заставит ее забыть обо всем.

Скорее всего после смерти Фатины и Хасны он возьмет ее в жены. Двух жен для халифа Синнебара вполне достаточно, не находишь? Одной — слишком мало. Четырех — чересчур много. Две — вполне разумное число. Hyp молода и здорова. Когда настанет время, она даст нашему повелителю крепких детишек. С завтрашнего же дня начинай учить ее нашему языку. Мне не терпится поговорить с ней, Найлек.

В покои вошел Баба Гарун и направился к Алие.

— Все сделано, госпожа. Бросить тела диким собакам?

— Нет! Они были женами повелителя и матерями его детей. Пусть их похоронят в каком-нибудь пустынном месте.

Но прежде проводи госпожу Hyp в ее покои. Она чувствительна и еще не освоила наших обычаев. Ей требуется время, чтобы привыкнуть и прийти в себя, если она хочет угодить нашему господину. Нужно посмотреть, достойна ли она моей дружбы. Если да, я буду оберегать ее. Она мне не враг и равна по рождению.

Хасна и Фатина были простолюдинками, Hyp же, подобно мне, — дочь принца.

— Понимаю, госпожа моя, — кивнул евнух, снова кланяясь — на этот раз сначала Алие, а потом Ронуин. — Я сам провожу госпожу Hyp, — сказал он Найлек.

Та ахнула от изумления. Никогда Баба Гарун не кланялся ни одной женщине, кроме Алии. Она сразу перевела его слова своей госпоже. Ронуин поднялась и, почтительно поцеловав руки Алии, последовала за евнухом. Найлек семенила рядом.

Когда они вновь оказались в покоях Ронуин, Баба Гарун обратился к Найлек:

— Скажи хозяйке, что я остаюсь ее другом и наставником до тех пор, пока она верна госпоже Алие.

Если же она когда-нибудь предаст мою повелительницу, я удушу ее собственными руками.

— Передай главному евнуху, — в свою очередь, попросила служанку Ронуин, — что я дочь принца и склонность к измене — не в моем характере. Я благодарна госпоже Алие за помощь и мудрые советы и с радостью принимаю дружбу Баба Гаруна.