Память пепла

Невинные души, что даже испугаться не успели, когда…

На мгновение стало темно. Пепел! Пепел, казалось, летел на звуки скрипки, и его стало так много, что он закрыл собою все небо целиком – от горизонта до горизонта!

И вдруг… Появился яблоневый сад. Все, что они видели вокруг – ухоженные сады, усыпанные спелыми плодами деревья, – все было из пепла. Прах погибших хотел им что-то показать…

Зорго Цум играл, как будто чувствовал, что сейчас нельзя, неправильно, невозможно остановиться!

– Яблоки, – прошептал молодой инквизитор.

Красивые, смуглые, высокие люди улыбались, снимая с веток щедрый урожай. Они были в свободных простых одеждах. Женщины – с распущенными, длинными вьющимися волосами, лишь перехваченными вокруг лба тонкой тесьмой.

– Смотри! Вон там! На деревьях! – Милфорд указал наверх.

Коты. Огромные. С пятнистыми макушками, как у манула, были везде. Они лежали на ветках, лениво щурясь синими глазами, иногда сбивая лапами плоды с верхних веток, терлись у ног, играли друг с другом.

– Этого… не может быть! – выдохнул маг. – Скользящие… Целый клан!

Тая забыла, как дышать. Каждой частичкой она чувствовала связь с призраками. Слезы лились сами собой, пока Тая, Милфорд и Арвин шли сквозь сад – осторожно, не делая лишних движений, чтобы не спугнуть эту удивительную, хрупкую магию. Ведь пепел может и передумать, тогда они ничего не узнают.

Возле старой яблони, привалившись спиной к дереву, в тени раскидистых веток дремал старик.

Музыка Зорго Цума стала громче. Тревожнее. Пепел потемнел и вдруг… вспыхнул! Горели деревья, медленно таяли фигуры чкори, рассказывая своему единственному потомку о страшной трагедии, что унесла жизни целого клана! Клана Скользящих между мирами.

Она, Тая, из их рода. Пришло время, и она нашла дорогу туда, где все начиналось.

Милфорд сжал руку девушки. Будто камень упал с души мага. Это не он втянул ее в свои опасные игры. Путь последней из рода Скользящих был предопределен. Спасибо, Стихии… Спасибо, что позволили быть рядом. Рядом с ней…

Треск костров постепенно стал тише. Музыка – веселее, и вот уже король и его спутники стоят на центральной площади шумного города. Цветущие сады, счастливые, нарядные люди, смех.