Память пепла

Теперь было не только тихо, но и темно…

Пришел он в себя, когда кто-то с ненавистью дал ему ногой под ребра и завопил:

– Собаки, ваше святейшество! Эта тварь погубила моих собак! – Надо же, звуки вернулись…

Он слышит. Это хорошо. Попался в лапы инквизиторов – это плохо. Очень плохо…

– Спокойно, Альм. Он заплатит… За все заплатит.

Милфорд попытался подняться. Понял, что на него накинули ловчую сеть. Чувствовал, как уходит сила…

– Для борцов с магией у вас слишком много магических приспособлений. – Маг поднял глаза на инквизитора и грустно улыбнулся, ощущая себя немощным стариком.

– Вот когда мы будем тебя допрашивать, ты сполна насладишься всеми.

– Милорд Милфорд. – Почему-то показалось уместным представиться.

– Не понимаю, на что вы рассчитывали. И главное – ради чего на все это шли? Но скоро мы все узнаем. Альм! Аль… А-а-а-а-а…

Плотный белый туман смешался с песком, но даже сквозь них Милфорд видел, как отчаянно бились в конвульсиях уходящие в вязкий ил собаки. Люди, которым от ужаса спазм сдавил горло, озирались стеклянными от ужаса глазами – их тела медленно уходили под землю.

Песок вокруг превратился в болотную топь.

Милфорд почувствовал холод. Чьи-то ледяные пальцы сжали запястье. Маг услышал, как кто-то поет, увлекая к реке.

Вода… Приняла, укрыла, успокоила. Он плывет. Куда? Туда, где он будет счастлив. Он забудет. Забудет, кто он. Забудет откуда. Он будет плыть. Туда, куда плывут русалки. Туда, куда зовет река…

Листья тихо шептались с песком, что медленно прибывал, засыпая цветы и траву.

Он окрасил прозрачную воду в ручьях, забился в щели коры деревьев, отчего стволы стали похожи на змеиную кожу. Лес был не рад песку, но выбора не было. Люди были не рады песку, но выбора не было. Со временем все живое в Ваду сроднилось с тихим шорохом, серым цветом и запахом пепла.

– Вы! Вы притащили нас сюда! А теперь…. Как вы могли оставить Эдварда в беде?! Мы же пытались вам помочь! – Тая сжимала шпагу, не в силах сдерживать злость, что рвалась от обиды и страха наружу.

Шпага сияла так, что глазам было больно смотреть.

Странно… Солнца нет, оно скрыто за облаками летящего песка, а лезвие горит белым огнем. И руку жжет…

Серый песок Ваду крутился крошечными смерчами возле ног. Перед бледным как смерть Эйшем шипел манул, выпустив веером когти.

– Ты права… Я виноват, – тихо произнес мужчина, не делая попыток защититься.

– Если с ним что-то случится… – У девушки перехватило дыхание.

– Я… поддался ненависти и нарушил первоначальный план действий.