— А если мальчик? — не унималась Наталья, и договорила прежде, чем ответил Громов, — главное, чтоб был похож на отца!
— Думаешь, это хорошая идея?
— Ещё бы… а лучше сразу двое…
— Двое?
— Угу. Мальчик и девочка, — продолжала рассуждать Наталья, — как думаешь, Лёша будет ревновать?
— Думаю, что справится, — усмехнулся Михаил.
— Он обрадуется? — теперь взволновано поинтересовалась она.
— Несомненно. Ты ещё плохо знаешь этого мальчишку.
— Миш.
— Да?
— Люблю тебя.
— Я знаю, и люблю бесконечно. Люблю вас, — он обнял её, и приложил ладони к животу Натальи.
"
"— Выходит, это наш первый совместный отпуск? Нас, и малыша?
— Верно. Самый первый… — ответил он, тепло улыбаясь и опуская подбородок на её нагретую солнцем макушку.
Пост. Эпилог
Удерживая в одной руке каску, он провёл ладонью по уставшему лицу, не замечая, что таким образом ещё больше испачкался. Совсем недавно яркая, красно-жёлтая листва, щедро рассыпанная беднягами клёнами, теперь почернела и была истоптана их ботинками. Несмотря на конец сентября, солнце всё ещё радовало их своим теплом, а сегодня и вовсе разгулялось.
Алексей сощурился, глядя на чистое небо, в которое поднимался едкий чёрный дым. Им удалось справиться с огнём, и сегодня никто не пострадал, хотя здание склада полностью выгорело, теперь чернея жалким остовом.
Громов потянулся к мобильнику, и вновь посмотрел на экран. Странное чувство тревоги не отпускало его с самого утра. И словно отвечая на его волнение, телефон ожил в руке, играя знакомую мелодию, и заставляя вздрогнуть от неожиданности.
— Громов! — окликнул его кто-то из коллег, но молодой человек только отошёл от машины и приложил мобильник к уху:
— Наташ?
— Кажется… кажется началось… — несчастным голосом отозвалась мачеха и Алексей замер, задерживая от волнения дыхание, — кажется, уже началось!
— Наташ… Наташ, ты не волнуйся, главное. Нина где?! — прорычал он, оглядываясь по сторонам в поисках дороги.
— Она уже вызвала машину. Лёш, а Лёш… Миша ещё не прилетел, только через час буде-е-ет!.
. — застонала бедняжка.
— Всё будет хорошо, он сразу к тебе поедет, как только самолёт сядет.
— А ты-ы? Лё-ё-ёш!
— Я?.. — Громов обернулся, глядя на свою группу, заканчивающую сворачивать оборудование, и едва не застонал, — я тоже буду!
— Точно можешь? — заговорщицки прошептала Наталья, теперь волнуясь за своего пасынка.
— Ещё как могу…
— Ты не на работе, Лёш?
— Не-а… — соврал Алексей, стирая рукавом формы испарину со лба, — я не далеко от твоего роддома.
