Громов был уверен, что уговорил жену, и только когда разбирал коробку с игрушками, услышал, как отъехала её машина. Когда подошёл к этой самой застеклённой стене в гостиной, то только и увидел, что её улыбку. Последнюю. Как же он был зол… Разбил половину тех самых стеклянных шаров, что держал в коробке в руках. А через пару часов в доме раздался звонок, это был последний раз, когда Михаил поднимал трубку телефона.
После, так и не смог слушать этот звук, вздрагивал, словно от выстрела и поставил переадресацию на мобильник.
Ему сообщили, что на одной из дорог, Елена Громова не справилась с управлением, и её машина вылетела на встречную, где врезалась в какой-то автомобиль. Спасти её не удалось.
Как он был зол тогда, был ослеплён бессильной яростью на себя, что не смог запереть её, так безответственно распорядившуюся своей жизнь, да и его тоже. Никто не должен был оказаться на дороге в такую погоду, никто не должен быть в пути в такой день. К чёрту Новый год, пусть он будет негодяем в глазах сына, но этим «сокровищем» Громов не собирался рисковать.
Пусть далеко, но жив и здоров. Остальное не важно. Вениамин взволнованно положил ему лапу на колено, переживая за своего молчаливого хозяина, и Михаил вырвался из своих мыслей, возвращаясь в реальность.
— Верно, всё верно, дружище, — он пригладил густую серебристую шерсть животного, слушая хриплое мурчание, — хватит мрачных мыслей.
Пусть призраки прошлого всё ещё тревожили его память, но и отрицать очевидное Громов не смел. Мужчина устало покачал головой, понимая, что последние сутки не оглядывался в доме, словно в поисках призрака, и просто улыбался, чёрт возьми.
Он собирался устроить себе испытание, принять некое решение, возможно, сделать шаг вперёд, и отпустить то, что так болезненно удерживало в плену прошлого. Но лишь потому, что выбрал не ту дорогу, просто сделал лишний круг, всё обернулось столь неожиданно и буквально ошеломляло.
— Вот как тут не поверить в высшую силу?..
Беспокойная гостья не давала ему замыкаться в собственных мыслях, и Михаил был от души благодарен.
Он не собирался обольщаться насчёт происходящего, но так и тянуло обернуться и посмотреть на её дверь. Эта девочка была похожа на солнце, или на фейерверк. Да. Это, наверное, более точное сравнение. То, что заставляет замирать от неожиданности, а затем от непонятного восторга.
Он обещал Наталье Петровне нормальный Новый год, значит, должен был преодолеть эти бесконечные ступеньки. Пусть порадуется, ей это нужно.
