Пария

Судя по всему, он сдерживается изо всех сил, чтобы не подойти и не прибить меня на месте. Я невольно поежилась – может ли страсть перерасти в ненависть? Казалось, Хорн сейчас способен на что угодно, на любую сумасшедшую глупость.

– Что это с ним? – поинтересовался Эдвард, тоже заметив убийственный взгляд в нашу сторону.

– Не знаю, – пожала плечами, – невеста разозлила?

– Она может, – согласился наследник, – Хорн в последнее время сам не свой. Срывается по любому поводу.

Я настойчиво потянула Эдварда за локоть и завела в аудиторию, подальше от неадекватного ария.

Мы сели за первую парту.

– Интересно, – с улыбкой повернулась к парню, – на всех мужчин так влияет женитьба? Что же вы ее боитесь, как огня?

– Скажу, когда женюсь, – пожал плечами он.

После лекции наследник задержал меня в коридоре.

– На выходных мне нужно быть во дворце, – произнес он хмуро, – мать вызывает.

Я сокрушенно вздохнула – опять предоставлена себе. Ничего, напишу еще одно заклинание – давно хотела научиться вскрывать замки. Нужно всего-то сжать затворную пружину и освободить рычаг.

Должно быть просто. Потренируюсь на своей двери. Я уже вытаскивала и разбирала замок, постигая как он устроен. На самом деле, я каждую металлическую вещь в комнате разобрала и собрала заново. Жаль, что их было мало. В перспективе я бы хотела написать заклинание истинного зрения. Я читала в одной из книг, что когда-то можно было дотронуться до любого изделия и перед глазами возникнет его трехмерное изображение, будут видны все металлические детали, из которых оно состоит.

Пока я даже приблизительно не знала с чего начать, чтобы его реализовать. Значит, пока вскрытие замков. Что тоже неплохо.

Поужинав, я сразу же пошла в библиотеку, обложилась книгами и принялась составлять алгоритм заклинания.

– Я знал, что тебя здесь встречу, – напротив присел Хорн.

Я вздрогнула и испуганно взглянула на осунувшееся лицо красавчика, с облегчением замечая отсутствие злости в глазах. Успокоился? Или что-то задумал? Несколько минут за столом стояла тишина, я писала промежуточные формулы, он сидел напротив и молча меня разглядывал.

– Очень скоро у меня начнется практика, затем выпускные экзамены. Вторую часть весны меня не будет в школе, потом награждение, и я уйду из школы насовсем, – его голос был странным, слишком серьезным, звенящим, как натянутая струна. Отложив карандаш, я подняла голову, стараясь выглядеть равнодушной.

– Знаешь о вине Фабрия? – я кивнула, кто же не знает лучшее вино королевства.