Нисенбаум-Красавчик, он же Бильярдный Шар, пожал плечами:
– Собственно говоря, рассказывать мне не о чем. Василия вызвали в прокуратуру. И это все.
Игорь отнесся к этой безобидной новости предельно серьезно.
– Он говорил вам, зачем?
– Конечно, нет. Разве прокурорские докладывают?
– А сам он как считал?
– Никак не считал.
– Но ведь он же, насколько нам известно, сидел?
– Все сидели, – равнодушно отозвался старик. – Вам шах.
– Я прикроюсь. Вот так. Но соображения-то у него какие-то были? Если он об этом заговорил, то что-то же имел в виду.
– Наверное, были. Но он со мной не делился. У зэков не принято болтать языком – особенно если не спрашивают. Достаточно намека. Он и намекнул.
– А вы не спрашивали?
– Только в самых общих чертах. Излишнее любопытство всегда подозрительно. Я был ему благодарен, и он это видел.
– Это верно.
Игорь смотрел на шахматную доску, но думал явно не о партии. К тому же он совсем не умел играть, что стало ясно уже после первых двух ходов.
– Его ведь давно не трогали, так?
– Вроде бы так.
Что его трогать, стародавнего сидельца?
– И вы не звонили ему после, не расспрашивали?
– Мы не настолько дружны. Мы никогда не созваниваемся, хотя телефон его я, конечно, знаю. Но звонить в этом случае – вы сами понимаете...
– И он не звонил? – полуутвердительно спросил Игорь.
– Нет.
Игорь откинулся на спинку скамейки и прикрыл глаза.
– Возможно, что все это ерунда, – проговорил он медленно. – Мало ли какие вскрылись дела.
– Возможно, – не стал спорить Нисенбаум.
Игорь поднял палец:
– Но возможно, что и нет. Нам, кстати, известно, что в этом парке недавно произошло убийство. Слышали об этом?
– Разумеется, – Моисей Залманович Нисенбаум чуть улыбнулся. – Об этом слышали все. Да это пьянь, хулиганье. Развелось столько, что никакой жизни, ей-богу, – он произнес это вполне искренне, с чувством.
– Местных завсегдатаев опрашивали?
– Кое-кто проболтался, что – да.
– А вас?
– Меня – нет.
– А вот это и в самом деле внушает некоторое недоумение, – Игорь вынул пачку сигарет, закурил.
– Да, – чуть помедлив, согласился Соломон Красавчик. – Об этом я не подумал. Ко мне и вправду не лезли с вопросами.
– Может быть, еще и полезут...
– Не исключено.
– А это крайне нежелательно...
– Да уж, – старик вдруг непроизвольно дернул шеей – с некоторых пор Нисенбаума беспокоил нервный тик, следствие атеросклероза.
– Убийство – неплохой повод пригласить на беседу...
