— Отдел арендованной недвижимости, — пробормотала Рэнди. — Прикрытие отдела армейской разведки?
— Именно, — небрежно подтвердил Джон.
Внезапно Питер приложил палец к губам. В наступившей тишине он беззвучно шагнул к окну рядом с балконной дверью. Раздвинув планки жалюзи, британец выглянул на темную улицу, застыв на миг. Снаружи просачивались звуки — рокот машин, мчащихся по переполненной даже в этот час Гран-Виа, голоса прохожих; вот хлопнула Дверь машины, и под перебор гитарных струн пьяный голос неуверенно затянул песню.
Агент отступил от окна и с облегченным вздохом рухнул на диванчик.
— Пронесло... кажется.
— Что случилось?
— Мне послышался с улицы странный звук... Я уже слыхивал когда-то подобное и быстро научился дергаться.
— Я ничего особенного не заметил, — признался Джон.
— Тебе и не полагалось, мальчик. Выдох с присвистом — вот как это звучит. Похоже на крик полудохлого козодоя вдалеке. На самом деле это так называемый глухой свист. Напоминает обычные ночные звуки — ветер подул там, или зверушка во сне заворочалась, или вздрогнул один из трех слонов, что держат землю.
Мне уже доводилось слышать такое — в северном Иране, на границе с бывшими среднеазиатскими республиками Советского Союза, а еще раньше, в восьмидесятых, — во время той мерзкой заварушки в Афганистане. Этим сигналом пользуются мусульманские народы Центральной Азии. Кстати, ваши ирокезы и апачи переговариваются ночью схожим образом.
— ""Щит полумесяца""? — переспросил Джон.
— Возможно. Но я не услышал отзыва, так что, наверное, просто померещилось.
— Часто ли тебе такое простомерещится, Питер? — полюбопытствовал агент.
И тут зазвонил телефон. Все трое подскочили.
— Все системы работают, — послышался в трубке голос Фреда Клейна. — Но наши эксперты в области электронной войны уверяют, что все наши шифры за это время могли быть вскрыты, поэтому до особого распоряжения всякая цифровая связь запрещается. И радиосвязь — тоже. Слишком легко перехватить. Наши ребята меняют все шифры и в срочном порядке усиливают меры зашиты.
Они знают, что мы играем против молекулярного компьютера. Пусть стараются. Почему Мадрид? Что тебе удалось выяснить в Толедо?
— ""Черное пламя"" служило только прикрытием для настоящих террористов, — без лишних вступлений начал Джон. — Группа называется «Щит полумесяца». И Эмиль Шамбор жив. К сожалению, он в руках террористов, вместе с молекулярным компьютером и своей дочерью.
На другом конце провода повисло недоуменное молчание.
