— Держите с нами связь. Если что будет нужно — звоните. Сержант Маттиас вас проводит.
Джон пожал протянутую ему стальную ладонь.
Невысокий широкоплечий Маттиас явно был не рад необходимости покинуть уютный пост и даже открыл дверь, чтобы возразить, — настоящий старый сержант, — но, уловив настроение босса, явно передумал. Он молча провел агента на первый этаж, мимо консьержки, потягивавшей «житан», — при этом Джон заметил выпирающую из-под юбки рукоять пистолета. Похоже было, что охрана генерала Карлоса Хенце шутить не любит.
Сержант подождал в дверях, покуда агент не пересек дворик и, пройдя воротной аркой, не ступил на тротуар.
Джон остановился под деревом, по привычке оглядываясь... как вдруг сердце его ухнуло в пятки.
Стремительно обернувшись, он во второй раз мельком увидел лицо на заднем сиденье заезжающего во дворик такси. Агент заставил себя досчитать до пяти, прежде чем метнуться обратно, туда, где из-за кустов он мог наблюдать за дверями пансиона.
"
"Даже густая тень от широких полей шляпы не помешала ему различить смуглое лицо, пышные усы. Теперь он признал и тощую сутулую фигуру. Это был лжесанитар, пытавшийся убить Марти в больнице, тот, что оглушил самого Джона. Убийца подошел к дверям пансиона — тем самым, откуда секунду назад вышел Смит. Сержант еще не успел отойти. Он вежливо отступил в сторону, пропуская убийцу, потом, как истый профессионал, выглянул на улицу — не следит ли кто — и только тогда закрыл дверь.
Глава 7
Когда Джон Смит, расплатившись с шофером, вышел из такси, на предместье Сен-Дени, что на севере Парижа, за Окружным бульваром, тяжелым одеялом легли густые весенние сумерки. В жарком, пахнущем озоном воздухе висела грозящая дождем духота.
Сунув руки в карманы плаща, агент прошелся, приглядываясь, туда и обратно мимо узкого фасада бежево-кирпичного трехэтажного дома, где, по словам Майка Кирнса, жила Тереза Шамбор. Причудливо-живописное здание островерхой крышей и декоративной кладкой выделялось из ряда похожих домов, построенных, видимо, в конце пятидесятых или начале шестидесятых.
Если судить по расположению окон, то в доме было всего три квартиры — по одной на этаж, — и на каждом этаже горел свет.
Отвернувшись, Джон бросил взгляд вдоль улицы, вдоль рядов машин, припаркованных, как принято в Париже, на тротуаре. Мимо промчался, сверкая фарами, спортивный «форд». Квартал был короткий и хорошо освещенный.
