* * *Я снова и снова щелчком открываю свой нож и каждый раз по несколько минут читаю гравировку на лезвии: «Семья – это не только общая кровь».
Я убираю лезвие, и в тот самый момент, когда движением моей руки оно снова вылетает, дверь в мою комнату тихо открывается.
Мэддок смотрит сначала на нож, потом на меня, а затем запирает за собой дверь.
Он подходит к кровати и протягивает руку, чтобы я отдала ему свое средство защиты.
Я закрываю нож и убираю его за спину.
Мэддок пристально разглядывает меня, а потом стягивает с себя футболку.
Посмотрев на место, где вчера спал, он ждет, пока я отодвинусь. Я вздыхаю от облегчения, которое не должна испытывать. Мэддок притягивает меня к себе, совсем как тогда, и я закрываю глаза, наслаждаясь теплом его кожи.
– Не говори ничего, – прошу я его, прекрасно зная, что он собирался. – Я не хочу слушать, о чем ты думаешь и в чем сомневаешься. Она может быть права, но только время покажет.
– Мне не нужно время, я вижу, что ты совершенно другая.
– Но ты едва меня знаешь, Мэддок!
– Мне нужно время, чтобы разгадать тебя. Дай мне его.
– Ты не хочешь узнать меня поближе, – шепчу я. – Ты хочешь понять меня, чтобы потом решить, представляю ли я для вас угрозу.
Он ничего не отрицает, и я даже почти радуюсь этому.
Почти.
Глава 33
Рэйвен– Теперь она живет с нами.
У меня отвисает челюсть, и я резко разворачиваюсь к Ройсу.
– Что?
– Какого черта?! – прошипев, оглядываюсь я по сторонам.
Но уже поздно. Может, в пределах слышимости не так уж много людей, но телефоны у всех наготове, и вот теперь я официально сестра-жена[17].
Или, может, это они братья-мужья. Стоп. Нет.
Что я несу?
К черту все это дерьмо!
Я сердито ухожу прочь, но не успеваю сделать и пяти шагов, как меня догоняет Кэптен.
– По понедельникам ты в няньках?
– Вчера вечером ты так и не спустилась к ужину, а сегодня мы опаздывали в школу. У меня не было времени спросить, как все прошло с твоей матерью.
– Не притворяйся, будто не получил полного отчета от своего брата.
– Я рывком открываю шкафчик и ругаюсь себе под нос, вспомнив, что в пятницу забила на уроки и не делала домашку, думая, что больше сюда не вернусь.
– Конечно, получил, но мне хотелось знать, как ты себя чувствовала.
– Тепло и охрененно уютно, Кэптен.
Он прислоняется плечом к соседнему с моим шкафчику.
– Ты всегда показываешь зубы, когда кто-то начинает спрашивать тебя о твоих чувствах?
– Не знаю, Кэп.
