Партиец (СИ)

Приведя меня в комнату, которая выполняла для мужчины и роль кабинета и места, где собирались его приятели-писатели, чтобы обсудить что-либо наедине, без дам, Илья Романович указал мне присаживаться на небольшой диван. Сам достал бутылку из ящика стола, пару пузатых небольших бокалов и уже хотел налить что-то. Судя по цвету — или коньяк, или самогон.

— Я не буду, — остановил я его порыв.

— Ну нет, так нет, — легко принял мой отказ мужчина и тут же убрал все обратно. — Сразу к делу, значит? — уточнил он у меня.

— Тогда, чтобы не было каких-то недоразумений, сразу обозначу — ваши личные дела с Людой, это только ваши дела, — удивил он меня. — Я не собираюсь в них лезть. Да, когда я узнал о вашем расставании, я удивился и был огорчен. Ты отличный парень, и «аргументы», — с сарказмом выделил он слово, — дочери, это блажь и эмоции. К тому же навязанные ей. Я попытался ей это объяснить, но наткнулся на стену непонимания и обиду. Поэтому предпочел, чтобы вы сами разбирались между собой. Мне бы не понравилось, если бы ты стал лезть в мои отношения с Олей, — хмыкнул Илья Романович.

— Я и не собираюсь… — возмущенно стал я отрицать саму возможность лезть в чужой брак.

— Вот поэтому и я не стал так поступать. И сейчас наша встреча именно из-за того делового предложения, которое я хочу тебе озвучить. Прошу отнестись к нему серьезно и безэмоционально.

— Хорошо, — вздохнул я, постаравшись отбросить мысли о Люде, которая сидит в соседней комнате.

— Что ж, — Илья Романович облегченно выдохнул и начал излагать свою идею.

Но издалека. — Возможно, ты знаешь, но в последние годы партия все сильнее вмешивается искусство вообще и в создание книг в частности. Твоя работа над «3д» книгами — один из таких элементов. Когда тебя поддержали на высшем уровне, посчитав создание таких книг нужным и полезным стране. Но это — из положительного опыта. А есть и отрицательный.

— Например? — спросил я, когда мужчина сделал паузу, ожидая моей реакции.

— В массовую печать на одобрение идут все больше абсолютно безвкусных и нудных книг, все достоинство которых — восхваление партии в целом и отдельных ее представителей в частности.

Произведения, имеющие интересный сюжет, глубокую драматургию, и заставляющие читателя после прочтения задуматься, но в которых нет упоминания партии — все чаще игнорируются. Объясняется это дефицитом бумаги. Пока что. Даже в тех случаях, когда политики в книгах нет вовсе и главный их «недостаток» — отсутствие одобрения действий партии.