Партиец (СИ)

Раз это уже не Ян Эрнестович, то я хочу встретиться с новым наркомом.

Дама только пренебрежительно фыркнула.

— Ты ври, да не завирайся. Такой молодой, а уже лжет напропалую.

— Если я сейчас же не встречусь с новым наркомом, у вас будут большие проблемы, — начал раздражаться я.

Как-то я отвык, что мне могут отказать. Раньше хотя бы докладывали о моем приходе, даже если не знали меня в лицо. А тут — секретарь просто грудью встала на защиту своего начальства и отступать не намеревалась.

— Пугать он меня еще будет! Нет, вы это слышали? — словно кто-то кроме нас был в приемной, спросила в воздух дама.

— А ну иди отсюда, пока я действительно не доложила о тебе. Тогда одним знакомством с милицией за хулиганство ты не отделаешься!

Мне надоело с ней препираться, и я молча двинулся к двери в кабинет наркома. Женщина с удивительной сноровкой встала на моем пути. Даже не ожидал этого от сорокалетней и довольно полной дамы. Так еще и руки в стороны расставила, чтобы я уж точно мимо не прошел.

— Кыш отсюда! — воскликнула она.

Чем видимо все же привлекла внимание своего начальства. Я не успел ей что-то ответить, как дверь в кабинет открылась, и оттуда вышел мужчина с недовольным выражением на лице. Почти лысый, лишь чуток коротких волос по бокам головы, небольшая щетка усов и большие карие глаза, смотрящие не только недовольно, но и одновременно печально.

— Что здесь происходит, Марина Авдотьевна?

— Да проходимец какой-то, Моисей Львович, — отозвалась дама. — Не обращайте…

— Здравствуйте, — перебил я ее, сдвинув в сторону.

Она от моей наглости аж дар речи потеряла и готова был-вот накинуться на меня с кулаками.

— Сергей Огнев, — протянул я руку мужчине.

Тот сначала посмотрела на мою руку удивленно, но потом его лицо озарило понимание, и он пожал ее.

— Все в порядке, Марина Авдотьевна, — повернулся он к женщине. — Это ко мне. Проходите, товарищ Огнев.

Что-то недовольно бурча себе под нос, секретарь все же вернулась за свой стол. А мы с новым наркомом прошли в его кабинет.

Моисей Львович РухимОвич в процессе разговора оказался дядькой весьма простым, словесные кружева не плел.

Меня он узнал благодаря упоминанию в газетах. А вот про мое задание от товарища Сталина был не в курсе. И это при том, что свою должность занял аж в июне! То есть мой черновик в любом случае должен был попасть ему на стол. Чтобы разобраться, где он потерялся, нарком вызвал к себе Марину Авдотьевну.

Та стала отпираться, что ничего не видела и знать ни о каком черновике не знает.