Партиец (СИ)

Хоть передышку получу, смогу к Кольцову с Алкснисом сходить спокойно. От Иосифа Виссарионовича это не укрылось.

— Что, товарищ Огнев, тяжко?

— Да дел много, не все иногда запоминаю. Я даже уже о собственном секретаре начал задумываться, — улыбнулся я.

— Планирование — важная часть хозяйственного процесса, — заявил мне на это товарищ Сталин. — И планировать нужно не только рабочий процесс на заводах или в сельском хозяйстве, но и собственный день. Тут ваша мысль пошла верно. Обычно этим как раз и занимаются грамотные секретари — планируют рабочий день своего руководства.

Если не решите сами эту проблему, я подумаю, как вам помочь.

— Решу, — заверил я Сталина.

Нет уж. Не надо мне помощи с этой стороны. Приставит своего человека и окончательно «обложит» меня со всех сторон. Да и честно говоря, это ведь тоже можно как экзамен воспринять. Ведь Иосиф Виссарионович не сразу мне сказал, что даст секретаря, а лишь в случае, если «я сам не решу проблему». Оговорочка, но очень значительная.

Новость о смене наркома путей сообщения вышла в газетах второго октября.

И в этот же день я встретился с Михаилом Ефимовичем.

— Сергей, ну нельзя же так пропадать, — укоризненно покачал он головой, когда мы поздоровались.

— Искренне прощу прощения. Сделаю все, чтобы этого не повторилось, — клятвенно пообещал я.

Удовлетворившись моим ответом, журналист перешел к делу.

— Как я тебе писал в записке, съездил я в Америку, посмотрел, как у них промышленность развита. И скажу я тебе, сравнение будет не в нашу пользу, — грустно подвел он итог.

— Даже думаю, может не выпускать статью? А то получится восхваление чужой страны, а мы на их фоне вообще будем выглядеть отсталыми дикарями.

— Неужели там все так радужно? — удивился я. — Вон, в Германии и Франции промышленность тоже лучше нашей пока что. Но у них же кризис начался, и мы упор сделали на то, что предприятия разоряются, и как их рабочим живется. А тут по-другому?

— Нет, почему же, — встрепенулся Михаил Ефимович.

— У американцев этот кризис еще раньше начался. С них-то все и пошло-поехало в мире. Так что рабочим там сейчас тяжко. А если про социальный класс говорить, то и вовсе — беда у них. Социальное разделение серьезнейшее. О том и сами их политики пишут, а уж крестьянам там сейчас живется в разы хуже, чем до кризиса, — тут он опустил голову и закончил, — вот только все равно лучше, чем нашим.

— У них крестьяне трактора в кредиты брали, а сейчас отдать не могут.