Партизан

Как-то зашли, за нашими столами сидит восемь человек в летных комбинезонах. А за такое дело у нас в ФЗУ морду били! Не твое – не трожь! А они еще и в бутылку полезли, в общем, мы им накостыляли, но в результате выяснилось, что не тем и ни за что. Они сели за столы, на которых было чисто, мы опоздали на 15 минут. Извинились перед ребятами, мировую распили, на следующий день улетели под Изюм, там какая-то операция начиналась на контроле Ставкой, и больше мы в Моздок не возвращались. Вот, говорят, за это. Но бумаг я еще не видел.

Я в этом полку с 39-го года. У нас командир сменился, майор Иванов попал в аварию, и есть вероятность, что ему руку отрежут, винтом от У-2 зацепило. Он учил меня летать. А командиром поставили человека из другого полка, 131-го. Он у нас недавно, нас «усилили» в марте. Эскадрилью неполную перебросили, ну и этого прислали, старшего политрука. Нашей бывшей дивизией командовал последнее время полковой комиссар Белюханов, так он везде «своих людей» расставлял. После своего назначения новый командир нам сказал, что «ивановскую дурь из нас выбьет». Я выступил и сказал, что гвардейцами мы стали под командованием Иванова, а 131-й так в линейных и болтается. Через пять дней меня посадили под домашний арест. Сейчас эскадрилья переучивается, а я уже два дня пропустил. Потом скажут, что не сумел переучиться, значит, придется уходить в другой полк.

Этот случай я, конечно, знал, только у меня название дивизии, в которой служил Покрышкин, полностью выскочило из головы. Насколько я помню, она была 9-й гвардейской.

Я прошел к другому окну штаба и постучал в него, поманил помощника начштаба, и он вышел на крыльцо.

– Прокурора армии ко мне вызовите, с делом старшего лейтенанта Покрышкина, 4-я воздушная армия.

Историю эту я, конечно, знал, и то, что он продолжит службу в этом же полку, тоже. Но вопроса вмешиваться или нет не стояло: времена изменились, время сдвинулось, сумеет он попасть к «старому» комиссару полка или нет – черт его знает. Так что я вытащил пачку папирос и предложил ему успокоиться и закурить.

– Так это вы обнаружили колонну, выходящую из Барвенкова?

– Когда?

– 19 мая.

– Да, у меня большая часть боевых вылетов на разведку.

– Я просил найти того летчика, который это сделал, и наградить его. Получили что-нибудь за Барвенково?

– Все ходатайства, в том числе на звание Герой Советского Союза, отозваны, еще до ареста. Видел запись об этом в штабе полка.

– Это – хорошо. Не забудьте сказать про это прокурору.