Партизан

Плюс полицаи обладали большей маневренностью, чем наши отряды, они свободно передвигались на автотранспорте, а мы были вынуждены двигаться пешком днем и на лошадях ночью. Но основным нашим занятием по-прежнему была защита населения, поэтому пришлось выставлять дополнительные посты наблюдения и выслеживать эти группы, объединенные зондеркоманды. Ну, а если уж попадались… После нескольких таких засад во всех гитлеровских газетенках меня самого изображали евреем с большим носом, с эмблемой со щитом и мечом на рукаве, большим окровавленным ножом и залитыми кровью руками.

Насчет носа и еврейства – это они загнули, а нож и руки можно и не пачкать, при правильном ударе на них и следа не остается.

Так что, вольно-невольно, а пришлось усилить в бригаде и округе и агитацию, и печатать свою газету, и даже пару раз писать в ней. Благо что ротапринт ручной и все для подобной деятельности, действительно, быстро доставили еще в сентябре 41-го. Но больше на нас сыграл тот факт, что не только волки и прочие хищники побаловались мясцом в наших лесах.

Мы собрали почти всех убитых лошадей, переработали их, соорудили большой ледник, во все деревни завезли это мясо, а в январе, когда открылись «витебские ворота», направили туда большой обоз, с просьбой к партизанам доставить его в Ленинград. До этого мы только брали у населения продовольствие. Кто-то давал его добровольно, а кто-то только потому, что вся округа сдавала, с большим удовольствием он бы эти «излишки» сам бы съел или продал через рынок. Поэтому долг – платежом красен. Как только удавалось захватить что-то у противника и у нас образовывался излишек, так сразу мы направляли помощь в самые неблагополучные деревни, особенно в те, которые пострадали от действий немецкой администрации и полиции. Этот способ пропаганды я считал самым эффективным и действенным."

"Фон дем Бах, хотя его здорово сдерживало положение на фронте, где наступала Красная армия, а у гитлеровцев не хватало резервов, постепенно, и на значительном удалении от наших баз, начал накапливать войска для нашей блокады.

Появилась и авиация. Из Лиды начали регулярные вылеты FW-189 «Рама», когда одиночные, а когда и парой. Причем в варианте непосредственной поддержки войск, то есть с четырьмя 50-килограммовками под крыльями. Дважды бомбили наши заводики, где мы выжигали древесный уголь и один раз накрыли мастерскую по производству мин. Большого урона не нанесли, но теперь мы вынуждены были оглядываться на погоду и вести наблюдение за воздухом.