Патриот. Смута. Том 4

Вот показать принес, может, кто из вас обронил. Кому же туда еще ходить-то, а? Ваше?

Последнее я уже добавил, чтобы удочку закинуть, не терял ли кто креста. Чтобы максимально отстраниться от навязывания мне всяческих мистических моментов. Священник должен видеть и понимать, что не вижу я ничего необычного в произошедшем. Лучше так.

Он поднял на меня взгляд, помолчал. Смотрели мы друг на друга какое-то время, буравили взглядом.

— Игорь Васильевич. Ты воин отменный, вижу это. Силы в тебе… — Он двумя пальцами коснулся груди мой, стукнул, как бы показывая, что именно вот здесь эта сила хранится.

— Ты же понимаешь, что знак это?

— Как знак, если крест?

Я решил максимально идти в непонимание факторов причастности ситуации к мистике и божественному проявлению. Ну медведь, ну крест — чего здесь такого-то?

— Отрицаешь, значит. — Вздохнул старик, бороду погладил. — Это… Это… Невероятно.

— Отец, я не очень понимаю. — Продолжал я косить под рядового, отважного, но не очень разумного и хитрого служаку.

Он смотрел на меня, вздохнул тяжело. Уже в который раз. Перекрестил. Плеч коснулся.

— Благословение мое и всех нас, рабов божьих… Оно с тобой. И с войском твоим оно, Игорь Васильевич.

— Спасибо, отец. — Я подумал, надо ли падать на колени, но решил, что это прямо совсем уже перебор, переиграю. Просто поклонился неглубоко. Так, чуть-чуть совсем.

Монах тем временем продолжал:

— Поможем мы тебе.

— А за такие слова, вдвойне спасибо.

— Иди, мы здесь поговорим, обсудим и как войско твое явится все, тогда всех ратников, всех твоих людей знамением крестным обнесем, кадилом окропим, молитву прочитаем. — произнес он, помолчал секунду, добавил. — А ты, Игорь Васильевич, храни господь тебя. Простоту твою, святую.

Я еще раз поклонился.

— Скажи, отец, с крестом то что?

Решил добить монаха.

— Носи, раз в воде святого источника омыл ты его, то и он свят стал и чист.

Пришлось еще раз поклониться. А монах протянул мне нить плотную, чтобы на шею повесить.

— Храни. Это великий дар. Благословляю тебя, Игорь Васильевич…

— Данилов я. — Продолжал я давить монаха.

Тот с невероятным удивлением, которое сопровождало всю нашу дискуссию, взглянул на меня. Моргнул раз, другой, продолжил:

— Да… Благословляю тебя. Игорь Васильевич Данилов.