Онлайн-библиотека книг
Остальные два десятка – ихние поддувалы[37], заместо лакеев прислуживают. Рядовых блатных нет, их туда не пускают, таятся.
– Тридцать человек в камере? – заинтересовался статский советник. – А в других как?
– В тех по восемьдесят. В тесноте и в обиде!
– Сколько всего у тебя в отделении?
– С утра было девятьсот сорок три.
– А что за паны? Я их знаю? Точно они из «иванства»?
– Самый главный у них этот… Жджарский. Налетчик из Варшавы, на нем семь убийств. Еще Рава и Пронашко. Все трое бессрочные.
– У них свои поддувалы в камере или русских используют?
– Свои, пятеро.
Лыков отхлебнул чай, глянул старшему в глаза и спросил:
– Осведомитель в «иванской» камере у тебя есть?
Тот замялся.
– Ну? Не темни. У меня приказ министра.
Комиссаров нехотя признался:
– Есть один, Прохор Чефранов. Однако он не все говорит, а только что ему выгодно.
– Сделаю так, чтобы остался доволен, – похлопал себя по карману сыщик. – Давай его сюда. Придумай какой-нибудь повод и вызови.
Старший сообразил быстро:
– Жалоба на него была из заборной лавки.
Пока старший надзиратель ходил за арестантом, Алексей Николаевич думал. Задачка трудная. У обитателей камеры несколько способов послать депешу. Все перекрыть невозможно. Не остановишь же стройку и не выгонишь со двора вольнонаемных каменщиков. Если начать их обыскивать не только на входе, но и на выходе? Бумажку можно спрятать в сапог или за подкладку – поди сыщи… Пока что версия с картонками самая правдоподобная.
Тут размышления Лыкова прервал старший надзиратель. Он завел в комнату рослого малого с угреватым лицом и бегающими слезящимися глазами.
– Вот, ваше высокородие, этот Чефранов и есть.
– За что сидишь? – обратился к арестанту сыщик.
– Разбой, – лаконично ответил тот, разглядывая начальство.
– Шесть дали?
– Шесть с половиной.
– Сколько осталось?
– Четыре года.
Сыщик и каторжник какое-то время смотрели друг другу в глаза, словно каждый хотел составить правильное мнение о собеседнике. Лыков понял, что Прохор – человек хитрый. Не то что себе на уме, а именно хитрый и умный. И с ним придется договариваться по-настоящему.
