– Да, ты права, нам надо держаться от него подальше, ведь он инквизитор, – Сабрина слово “инквизитор” произнесла тихо, с придыханием и выпучив глаза.
– Давай сперва с Урсулой и ее сыновьями разберемся, – предложила девочке, и та согласилась. На этом мы наше необычное знакомство и завершили. Еще и подошло время обеда, и Сабрина повела меня на кухню.
То, что мне придется туго, я поняла, как только увидела взгляд Урсулы. В нем были ненависть и презрение. Словно я была приживалкой, а не дочерью хозяина пекарни.
– Отца чуть в гроб не загнала.
И ничего, как с гуся вода, – проговорила женщина, отвернувшись от меня к окну.
– Что вы сказали? – я растерялась от такого наезда.
– Что? – Урсула удивленно посмотрела на меня. – Я? Ничего.
– Но я же слышала, – я не унимаюсь.
– Вот же дура блаженная! – слышу голос женщины, но ее губы сомкнуты, и я выпучила глаза. – Тебе плохо, милая. “Что таращишься?”, – одновременно слышу и то и другое. Это что же получается, я слышу, что думает Урсула??? Батюшки! Что ж делать-то теперь?
– Диана, ты отнесешь папаше еду? – Сабрина шустро собрала поднос.
Какая расторопная девочка. – А я нам накрою в беседке, – мне всунули в руки поднос. Я осторожно, медленно потопала на второй этаж к отцу.
Он лежал на постели и смотрел в потолок.
– Что же с вами будет? – отец скорбно поджал губы.
– Что ты имеешь в виду? –очень странное начало разговора.
– Тебе надо было выходить за того вдового фермера, что захаживал к нам весной. Я же видел, как он на тебя смотрел. Жила бы сейчас и горя не знала, – заворчал отец.
– Он же твой ровесник! – спасибо тому, кто оставил мне память той девушки, в тело которой я угодила. Иначе я бы попала впросак. И не единожды только за это утро. А так я всего пару раз ляпнула ерунду какую-то. И теперь очень надеюсь, что инквизитор не думает, что я пришибленная какая-то. Почему-то именно в его глазах хочется выглядеть нормальной.
– Ну и что? – отец даже губы поджал от недовольства.
– Ну и то, – ну, в самом деле, обсуждать с отцом такие интимные вещи как-то не хотелось.
Тем более с чужим отцом. Все же я этого мужчину воспринимаю как совершенно постороннего человека. – Я разве здесь тебе мешаю?"
"– Диана, ты же видишь, торговля идет плохо. Мы еле сводим концы с концами. Я задолжал половине города. И чем раньше ты выйдешь замуж, тем меньше к тебе будет претензий, когда я умру, – выдает отец.
– Ну что ты о таком плохом думаешь? – я пытаюсь успокоить мужчину.
– Мы сегодня чуть не погибли, – злится отец.
