Пепел на обелиске

 — Если мне мой склероз не изменяет, это именно он пытался мне угрожать в нашу первую встречу?

— Понятно. Затаил злобу и решил воспользоваться моментом. Ладно, помер Максим, и хрен с ним, — проворчал Влад, и слегка пнув тело поверженного противника стальным ботинком, уселся на свое место.

— Я не совсем понял то, что вы сказали, но судя по эмоциональному фону, что-то презрительное, — осторожно уточнил верховный.

— Сложно уважать врага, пытающегося ударить в спину, — усмехнулся Влад.

— Странно. Вы совсем не боитесь нас, — вдруг сказал техножрец.

— А что тут странного? — не понял разведчик.

— Обычно, нас боятся все. Особенно, при первой встрече. Даже сейчас, он, — тут верховный ткнул когтем в Рашида, — боится нас. Точнее, не нас, а того, что может произойти.

— Не удивительно, он не боевик, — равнодушно отозвался Влад.

— Но почему в вас нет ни капли страха? Вы вообще ничего не боитесь?

— Ничего не боятся только клинические идиоты. Просто я умею держать свой страх под контролем.

— Не стой вы пред моими глазами, я бы сказал, что слышу слова моего подопечного, — удивленно покачал головой техножрец.

— Это вы про меченого генерала? — с усмешкой уточнил Влад.

— И носит он именно вашу отметину, — оскалился в ответ верховный. — Удивительно, как тесно переплетены ваши пути.

— В каком это смысле? — насторожился разведчик.

— Иногда, очень редко, я могу видеть будущее…

— Знаю. Вы уже говорили это, — бесцеремонно перебил его Влад.

— Да, но теперь, я вижу то, чего не видел раньше, — не меняя тона, продолжил верховный.

— Ни хрена себе вы барин задачки ставите, — проворчал разведчик, растеряно оглянувшись на замершего, словно статуя, Рашида.

— Как не удивительно, но это правда.

— Да мы друг другу в глотки вцепимся, едва оказавшись на палубе одного корабля, — отмахнулся Влад.

— Нет. Перед вами обоими стоит большая и сложная задача, спасти наши миры.

— Ну и черт с ним. Давайте оставим в покое мое светлое будущее и займемся мрачным настоящим, — ответил Влад, взмахнув рукой так, словно отметал все сказанное.

— Кажется, вы что-то решили, — полуутвердительно произнес верховный.

— Скажем так. Если хоть один пленник за время переговоров погибнет, я сделаю все, чтобы ваша раса больше никогда не вышла в объем.