Перегрузка

В ней говорилось:

«Мистер Лондон лично проверил конверт на металлодетекторе в почтовой комнате. Он говорит, что вы спокойно можете его открывать».

Записка Вики обнадеживала. Она означала, что поступающая в штаб-квартиру «ГСП энд Л» почта с пометкой «лично» (или «лично и конфиденциально», как были помечены письма-бомбы) проходит тщательный осмотр на недавно установленном детекторе.

И еще кое-что стало известно Ниму: с того тяжелого дня, когда Гарри Лондон спас практически от верной гибели Нима и Вики Дэвис, он, судя по всему, стал постоянным хранителем Нима.

Вики, которая теперь испытывала почти благоговейные чувства к руководителю отдела по охране собственности, сотрудничала с ним, ставя его заранее в известность обо всех встречах и поездках Нима. Ним узнал об этом совершенно случайно и так и не решил, благодарить ему Вики, злиться на нее или удивляться.

«Во всяком случае, — думал он, — сейчас я недосягаем для разведки Гарри».

Ним, Тереза Ван Бэрен и группа прессы провели последний вечер в дальнем уголке компании «Голден стейт пауэр энд лайт» — лагере Дэвил-Гейт, куда их доставил автобус из долины Финкасл.

Дорога, занявшая четыре часа, местами проходила через неповторимой красоты уголки национального заповедника Плумас.

Лагерь находился в 35 милях от ближайшего городка и терялся среди неровных складок гор. Он состоял из пяти домиков, предназначенных для живущих здесь инженеров, техников и их семей, маленькой школы, закрытой сейчас на летние каникулы, и двух спальных домиков — один для работников «ГСП энд Л», а второй для посетителей.

Высоко над головами проходили высоковольтные линии электропередачи на стальных решетчатых опорах: напоминание о предназначении этого маленького сообщества.

Группу прессы — мужчин и женщин, естественно, отдельно — поселили в домике для посетителей. Четверым из них досталась одна просторная, но вполне удобная комната.

Ним взял себе комнату в домике для служащих. После ужина он остался выпить с несколькими журналистами, пару часов поиграл в покер, потом извинился и незадолго до полуночи ушел к себе.

Сегодня утром он проснулся посвежевшим и был уже готов к завтраку, который начинался через несколько минут, в семь часов тридцать минут.

— Ты что же, и в самом деле хочешь помочь этой шлюхе пригвоздить нас к позорному столбу?

— Называя ее так, ты ничего не изменишь, — терпеливо объяснила Ван Бэрен. — Порой вы, стоящие у руля, не понимаете, что такое связи с общественностью.