Перекресток трех дорог

Мужчина показал, что неплохо знает жителей поселка Отрадное – и дачников, и местных, но эту даму с собачкой никогда прежде не встречал. Женщина увидела его и направилась прямо к нему, словно хотела что-то спросить. В руках она несла черную шерстяную накидку типа пончо.

– Два маньяка объединили усилия в одном деле? – спросил Клавдий Мамонтов.

– Не фыркай. Смоловский не маньяк, он из какой-то иной категории, я только пока не пойму из какой. Я вам уже сказал – это не серийные убийства. Да, признаки серийности есть, однако все очень необычно.

Короче, если Смоловский выбирал жертву из своего ближнего круга, возможно, и в двух остальных эпизодах было то же самое или действовал принцип простоты – «доступности» жертвы для похищения. Я прочел показания пенсионера в Отрадном, такое впечатление… да и сам он это ощутил, на него в образе той бабы в черном надвигалась страшная беда. Но их с женой было двое. А вот паренек-официант оказался у себя на участке один, и соседей вокруг никого – фактор случайного выбора жертвы, которую легко заполучить. Но с Вероникой Ляминой совсем другое дело. Сотрудница судебной системы, работала в суде много лет. Она – тертый калач. По отзывам коллег, Лямина была умной, осторожной, хладнокровной. Вряд ли бы она пошла в парк, в глухую аллею с кем-то совершенно незнакомым, кому не доверяла. Между ее убийством и убийством парня-официанта прошло совсем немного времени, и я думаю…

– Там же вроде как через парк от торгового центра – прямой путь к ее дому, – снова возразил Клавдий Мамонтов.

– Я смотрел схему, еще есть два пути – через город, причем один намного короче. – Полковник Гущин помолчал. – Но все это домыслы пока – моя идея о том, что та женщина в черном, которая встретилась с ней в кафе и увела в парк, тоже из ее близкого круга знакомых… Мы этот круг должны очертить. И ты, Клавдий, как раз этим сейчас и займешься. Возьмешь свою машину, я ее сюда пригнал… с травмированной рукой вести сможешь?

– Смогу. А куда я должен ехать?

– В Красногорск, в областной суд.

Наши отыскали знакомую Вероники Ляминой – некую Лию Батрутдинову. Она судья кассационного суда. В прошлом так же, как и Лямина, работала секретарем фоминовского суда – это в молодости, затем была принята в судейский корпус, в отличие от своей подруги Вероники. По информации, которую я получил, женщины в прошлом дружили. У Ляминой нет ни родственников, ни близких знакомых, она одиночка по жизни. Батрутдинова – единственная, кто когда-то была с ней дружна.