В этом была его великая сила. Наина мне потом говорила… он ей хвастался – незаметность, мимикрия, способность не привлекать к себе внимание, словно растворяться в окружающей среде, были якобы ему даром свыше…
– Я по порядку вам все расскажу. Наши командировочные разъехались в разные закрытые города. Это Сибирь, понимаете, какие там расстояния. Тот город, куда Малофеев увез Наину, располагался в трехстах километрах, другие были гораздо дальше. Нам предстояло проверить сорок человек.
Мы делали, что могли, мы торопились изо всех сил. Наши подозрения тогда пали на другого мужчину – он был убежденный холостяк, никогда не женился, имел собственный дом с подвалом и машину, потому что занимал солидную должность в закрытом НИИ. Я именно его подозревал. И потом он был тренированный спортсмен, занимался боксом и уже тогда практиковал занятия единоборствами, про которые мы лишь слыхали краем уха в начале восьмидесятых.
А мы же знали, как легко наш убийца справился с отчимом Наины. Поэтому я с опергруппой вылетел в тот город заниматься ложным, как потом выяснилось, фигурантом. А Малофеева в его закрытом городе проверили сотрудники Восьмого управления, как и остальных. Он жил в однокомнатной квартире после развода с женой… Как мне позже объявила его бывшая жена – а она оказалась старше его на двенадцать лет, – она сама его бросила.
Необычно для таких браков, да? Когда жена намного старше мужа, она за него крепко держится, а эта бросила, призналась мне – он вызывал у нее физическое отвращение. Природу его она не могла понять, но ее от него тошнило, хотя он был тихий и пальцем ее не трогал. Мы потом поняли, что свое первое убийство пожилой женщины он и совершил спустя три месяца после развода, словно ярость свою выместил… «Восьмерка» проверила гараж Малофеева – обычный гараж, там стояла его «Волга».
Он никогда свои жертвы в гараже не держал. Он выкопал себе схрон-бункер в лесу. Туда можно было подъехать на машине, но часть пути приходилось идти пешком, и свои жертвы он тащил на себе. Ему, видимо, немало времени потребовалось в те первые три года, чтобы обустроить свое логово – под деревьями на склоне холма, вход он тщательно замаскировал.
