Перекресток трех дорог

– Великой Праматери нужен был медицинский полис, – хмыкнул Макар. – Надо же, как все изменилось в мире со времен палеолита. Или как нам генерал сказал о ней – Мачеха мертвых… так ее тот подонок Малофеев назвал. Мачеха мертвых зубами загрызла бога Велеса и воцарилась в царстве теней сама… Полное торжество матриархата. Сколько же у нее имен, у этой женщины. Знаете, а я даже мечтаю теперь о встрече с ней.

– Серьезно? – спросил Клавдий Мамонтов.

– Да. И у меня такое чувство, что мы с вами встречу эту никогда не забудем.

Они продолжали читать дело до семи утра, а в половине восьмого оперативники представили рапорты по данным о кипрской фирме. Консалтинговая компания, работает с российскими горнодобывающими и химическими предприятиями, расположенными в регионах Восточной Сибири и Дальнего Востока. Адрес регистрации – Пафос.

– Между прочим, город Пафос – место рождения Афродиты-Венеры, – заметил Макар. – В древности там был ее знаменитый храм и царские гробницы, сейчас известный археологический парк… Венера Виллендорфская вернулась на круги своя?

В восемь полковник Гущин послал Макара и Клавдия в кафе на Большой Никитской за кофе и выпечкой, наказав строго-настрого прогреть выпечку в кафе в микроволновке.

– Ешьте, сил набирайтесь. В девять я в змеиное гнездо позвоню. Жесть, конечно, но без них нам, видно, в этом деле не обойтись.

В пять минут десятого он набрал номер по мобильному. Макар жевал круассан с ветчиной и не спускал с Гущина глаз – куда это он звонит, кому? Клавдий Мамонтов примерно догадывался. Полковник Гущин разговаривал со своим собеседником сухо и очень вежливо, прямо индифферентно. Просил помочь, оказать всемерное содействие. На том конце отвечали чуть насмешливо и снисходительно – а, и вы к нам с просьбой, надо же… Что, припекло вас там, в полиции? Что такое? Какие проблемы?

Макар внезапно понял, что полковник Гущин звонит в ФСБ.

Гущин назвал данные кипрской фирмы, зарегистрированной на Пафосе. Затем назвал имена Нины Борисовны Кавалеровой, Наины Викторовны Кавалеровой и Наины Викторовны Раткевич, упомянув о решающей роли последней в деле маньяка Малофеева – сибирского душителя.

– Мне необходимо свести концы с концами, – объявил он своему собеседнику.