Онлайн-библиотека книг
Валера легонько пожимает плечами, смиренно замолкает, достает с сушилки белую кружку, но не успевает налить в нее
кофе.
— Поставь на место, — рявкает Гергердт. Это Радкина кружка. Она ее для себя принесла. Пила редко из нее, но сказала:
надо, чтобы была.
Валера возвращает посуду на место. Садится на стул рядом с Герой. Притихает. Его ничего в поведении Гергердта не
смущает, ко всему привык за столько лет. Значит, так надо.
— Валера, сука, не беси меня! Возьми другую кружку и пей, мать твою, кофе!"
"В оставшуюся половину коньяка Артём вливает крепчайший кофе.
Снимает с себя футболку, сдирает окровавленную тряпку с руки. Моет руки до локтей. Возвращается на кухню. Делает
несколько больших глотков кофе с коньяком. Или наоборот — коньяка с кофе. Обрабатывает мелкие ссадины и раны
поглубже перекисью, бинтует руку.
Звонит по телефону. Ему отвечают сразу.
— Иван, мне надо с тобой увидеться. Нет, не сейчас. Сначала мне нужна твоя жена. Хорошо. Нет, мне бы хотелось
встретиться где-то.
Глава 11
Окрестили. Да называйте как хотите.
За такой исключительный ваш поступок.
«Собачье сердце»— Привет! — Алёна открывает дверь. — Что случилось? Что за срочность? Тебе повезло, что я сегодня дома. А Ваня уже
ухал.
— Я знаю. Я вообще везунчик.
Гергердт специально задержался, чтобы застать дома только Алёну Шаурину. С Ваней он хотел поговорить позже, без
свидетелей, чтобы не пришлось обходиться кругленькими абстрактными фразами.
Гера шагает за Алёной; они проходят в гостиную.
что встретила Геру. Потом сует телефон в карман спортивной кофты и кивает на диван.
— Присаживайся, рассказывай.
Артём, не снимая куртки, усаживается на кожаный диван. Алёна смотрит на его руки. Ладони в мелких ссадинах; из-под
края рукава виднеется бинт. Гергердт тоже смотрит на свои руки и не начинает разговор. Собирается с мыслями? Да, у
Геры, определенно, что-то стряслось.
замечает кое-что доселе незнакомое. Нерешительность, что ли. Ваня ни словом не обмолвился о причине столь раннего
визита друга, но это должно быть что-то из ряда вон выходящее. Да и вообще, Гергердт аккуратист тот еще, хоть сразу так и
не скажешь. А тут сидит на диване в мокрой от дождя куртке и даже пальцем не шевелит, чтобы снять ее. Даже пьяный все с
себя пылинки да крошки стряхивает.
