Перстень Ивана Грозного

 — А как же дело в «Сосенках»?

— Я вам все сказал! Высший приоритет! — И начальник погрузился в свои бумаги, тем самым ясно дав Лебедкину понять, что их беседа закончена. Теперь Лебедкин видел только склоненную голову с подозрительно аккуратной прической — волосок к волоску. Ну, не может быть у человека таких волос, они, наверно, искусственные. Как и весь начальник.

Тот поднял на капитана ничего не выражавшие глаза, но прежде чем спросил «Вы еще здесь?», Лебедкин вылетел из кабинета.

Софья Павловна проводила его нелюбезным взглядом и прошипела что-то презрительное.

Когда ошарашенный капитан вернулся в свой кабинет, там его встретила Дуся.

— Ты что такой смурной? — спросила она.

— Нет, но ты представь — теперь ему нужно, чтобы я разобрался с «Теремком»! — пожаловался он напарнице. — То эту тетку никто и слушать не хотел, гнали ее из отделения — а то вдруг ей предоставили высший приоритет!

— Я знаю, Петька, в чем дело! — Дуся покосилась на дверь и понизила голос. — У нее какой-то родственник нашелся в Управлении, чуть ли не генерал, и она ему нажаловалась.

— Только этого мне не хватало! — тяжело вздохнул Лебедкин. — Еще и «Теремок»!

— А сам виноват, — не удержалась Дуся, — если бы не тянул с этим делом, да не сомневался, тетка бы и отстала.

Лебедкин полностью признал Дусину правоту. Вот вечно с ним какие-то заморочки!

Однако против начальства не попрешь — и уже через полтора часа он подъехал к базе отдыха «Теремок».

В отличие от пансионата «Сосенки» здесь царило полнейшее запустение. Все домики были заколочены, только над одним из них поднимался к небу сизый столб дыма. Перед этим же домиком стояла припаркованная машина с городскими номерами. К этому-то домику и направился Лебедкин.

Постучав в дверь и услышав изнутри невнятный ответ, он вошел в прихожую. В жарко натопленной комнате сидели два человека средних лет, перед ними на столе стояла бутылка.

— Отдыхаем? — осведомился Лебедкин.

— Тебе бы так отдыхать… — уныло ответил один из собутыльников, лицо которого показалось Лебедкину смутно знакомым.

Приглядевшись к нему, капитан узнал Лешу Чуркина из четырнадцатого отделения, с которым как-то пересекался на совещании в Управлении.

— Чуркин? Леша? — проговорил он, вытирая ноги о домотканый половик и проходя в комнату.