Перстень Люцифера

Услышав это от Краули, Ковильян-Корзухин понял, что его мечта завладеть богатствами Юсуповых не столь эфемерна, как ему раньше казалось. Тут было над чем подумать и за что ухватиться. Почему бы вольным каменщикам не помочь ему стать скромным миллионером? Чем заниматься всякой мистической чепухой, лучше сделать одно доброе дело.

А когда Алистер Краули, еще не понимая, насколько это важно для его коллеги, рассказал о мистическом масонском перстне, Ковильян-Корзухин почувствовал себя уже законным наследником Юсуповых.

«Перстень, который враги масонства обычно именуют «Кольцом Сатаны» или «Перстнем Люцифера», сами вольные каменщики, которые, как мне представляется, весьма склонны к театральщине и охотно верят в любые мистические сказки, предпочитают называть «Кольцом власти», «Перстнем пророка» или «Перстнем Бэкона»,— писал в своих показаниях Ковильян-Корзухин.— По преданию,— а история масонства вся состоит из одних романтических преданий,— этот перстень с изображением золотого циркуля и треугольным красным бриллиантом в платиновой окантовке с надписью на латинском языке: «Братская любовь, равенство, верность» (он у меня изъят при личном обыске), принадлежал некогда «великому пророку» Нострадамусу.

После смерти Нострадамуса он якобы оказался у известного философа, ученого и государственного деятеля Френсиса Бэкона, который в конце XVI — начале XVII века был императором Ордена розенкрейцеров.

Считалось, что перстень исцеляет от различных болезней, наделяет мудростью, даром предвидения.

Но главное заключалось в том, что перстень давал непререкаемую власть. Указания владельца перстня были обязательны для каждого масона.

Узнав от Краули о «Перстне Люцифера», я шутливо заметил, что подобная штука очень облегчила бы мне осуществление одной акции. Краули воспринял мои слова вполне серьезно. Не пытаясь узнать, какую именно акцию я имею в виду, он сказал, что всегда платил по векселям и не привык забывать оказанных ему услуг.

Оказалось, что «Перстень Люцифера» вот уже несколько лет как принадлежит некоему Сивару Йёргенсону, хранителю Стокгольмской галереи портретов знаменитых масонов. По словам Краули, он давно и хорошо знал Йёргенсона. Краули взялся помочь мне заполучить перстень. Однако, он переоценил свое влияние на Йёргенсона. Когда в начале сентября я в Стокгольме встретился с Йёргенсоном, тот отказался отдать мне эту реликвию масонства.