– Мой муж знает меня дольше и лучше, чем человек, претендующий на звание отца, и нам приходится ломать комедию и рассказывать идиотские сказки!»
– Ну, что же, давайте выпьем за знакомство? – предложил папаня, поднимая свой стакан. – Жаль, что оно произошло при таких странных обстоятельствах, но лучше так…
– Ага, – иронично откликнулась Марина, – это точно лучше, чем если бы ты встретился со мной, когда я вкалывала санитаркой в больничке, а мать пропивала мою зарплату!
– Ну, прости меня, дочка, я ж ничего не знал…
– А что тут знать-то?! – взорвалась она, залпом осушив стакан и хватая сигарету.
– Ты видел мою мать? Как ты мог оставить ребенка с алкоголичкой?!
– Мариша, я не мог забрать тебя, пойми, я хотел, но не мог. Димкина мать была категорически против, и ее тоже можно понять – как терпеть в доме постоянное напоминание об измене мужа? – опустив глаза в пол, выговорил папаня. – Поверь, я не раз и не два заводил с ней разговор на эту тему, тем более что она всегда мечтала иметь дочь, но не могла, Димка достался ей слишком тяжело, и рожать еще раз врачи запретили.
Я уговаривал ее, уламывал, но она не соглашалась. Вот Димку встретишь – спроси, он ведь большой уже был, все понимал, он старше тебя на одиннадцать лет. Но Галя… она и слышать не хотела. А когда она умерла, ты была уже достаточно взрослая, чтобы я мог забрать тебя…
– Да, не повезло тебе, – сочувственно произнесла Марина, гася в пепельнице окурок. – И ты ни разу за все время не нашел возможности просто приехать и посмотреть, как я живу? Поинтересоваться, что со мной стало? Да, когда мать умерла, тяпнув по ошибке антифриз вместо спирта, я уже была самостоятельной, работала, начала нормальные деньги зарабатывать, машину даже купила.
Но я была совсем одна, понимаешь, совсем! А ты жил в своей благополучной Москве и не думал о том, что где-то там, за Уралом, у тебя есть дочь. И, если бы не эта ерунда с ментами, ты и не вспомнил бы обо мне, правда? Тебя ведь фамилия моя насторожила? Не трудись, я и так знаю.
И ты решил поехать и посмотреть, что же выросло из трехлетней девочки, которую ты бросил когда-то. И выяснилось, что стала твоя девочка не балериной или учительницей, а самой настоящей бандиткой, да еще такой, что про нее легенды ходят, – усмехнулась она, взяв новую сигарету и игнорируя недовольный взгляд Егора.
– Ты не совсем права, Мариша, – вклинился в монолог отец. – Я узнал о том, что ты – это ты, только когда приехал снимать передачу.
