Первое правило королевы

Его вроде в восемьдесят четвертом назначили, да?

— Не назначили, — поправила Инна, — это называлось — выбрали на заседании пленума.

— Помню, как за молоком ездил, — вдруг радостно сказал Глеб. — В Белоярске его не было, так я на мотоцикле в деревню ездил, верст за сорок. Сорок да сорок — восемьдесят. Туда ехал с ветерком. А обратно… с бидоном.

Они помолчали, вспоминая каждый свое — кто бидон с молоком, кто драку с соседскими мальчишками из-за собаки, которую они обижали, а Инна с ходу ввязалась в бой. До сих пор в безупречных — своих, а не американских! — зубах остался крохотный изъян.

— Вряд ли, конечно, что-то есть, — задумчиво проговорила Инна. — Хоть бы узнать, из-за чего она утопилась.

— Если она есть в картотеке, узнаем, — пообещал Глеб.

— И про этого мужа. Геннадий Зосимов, если я не ошибаюсь. Только он питерский, а не местный.

Глеб улыбнулся и поболтал в кружке остатки кофе.

— Да ладно, Инна Васильевна.

Инна посмотрела на него и тоже улыбнулась.

— Ты кто теперь, Глебушка? — неожиданно спросила она.

— Майор.

— Это хорошо?

Он опять пожал плечами в норвежском узоре.

— Нормально пока. А там поглядим.

Они помолчали.

— Вы меня простите, Инна Васильевна, что я ее к вам…

— Да ладно тебе, Глеб! Что ты опять затянул!.. Все уже сделано.

— Вы ее… — он посмотрел на Инну словно оценивающе, — вы ее не прогоняйте, хорошо? Куда она пойдет, когда ей еще мать хоронить! Да еще за ней правда кто-то шел, я сам видел, а у меня галлюцинаций не бывает.

Инна рассердилась:

— Глеб, я не собираюсь никого прогонять. Ты не хлопочи понапрасну, тоже мне, мать Тереза!.. Ты лучше найди нам хоть что-нибудь, похожее на факты.

Он поднялся, и ей пришлось закинуть голову так, что затылок уперся в стену.

— Тогда я поеду, пожалуй. Вы… дверь за мной заприте.

Инна заперла за ним дверь, погасила свет на крыльце и некоторое время смотрела на снег, казавшийся голубым под огромной, холодной, страшной сибирской луной.

Где-то далеко в тайге за Енисеем под этой же самой луной худой и жилистый волк прячет нос в замерзшие лапы.

Где-то близко под этой же самой луной человек, убивший губернатора и его жену, обдумывает следующий ход. Инна точно знала — он думает именно об этом и именно сейчас.

Он уже знает, что будет дальше, и теперь ему нужно лишь не ошибиться в деталях.